Письмо 22

Готовлюсь к походу. Выход в море. Зеленогорск. Фарты. Казематы. Петергоф. Обручев. На горизонте крейсер. Трандзунский рейд. Глебычево. День Военно-морского флота. Пацаны. Мамочки. Конт-адмирал Фельдман. Эксперименты. Пограничники. Отпуск окончился.

     Каждое лето, начиная с 73 г. я готовил яхту к выходам, и плавал. Когда месяц, когда два. Несмотря на “уговор” с женой, что она будет ходить в клуб - ничего из этого не вышло. Да и сына “долбила”, чтобы занимался чем-нибудь “полезным”. Дикость жизни! А что делать?
     Итак, что же это такое, - плавание яхтсмена - одиночника, если написать об этом подробнее? И сделаем “извлечения” из навигационно-бортового журнала, начиная с июля 1980 года.
     16 июля. Идет подготовка к походу. Предварительно я сделал 12 выходов в море. Надо было ликвидировать “детские болезни” “Ксантиппы”. Тут и “возня” со стаксилем - его надо было вынести на бушприт, чтобы он не “поддувал” грот на бейдевинде, тут и замена манжет в двигателе; тут и е...нь с бизанью. На жаре, целыми днями пилил, строгал, рубил, заливал эпоксидкой. Да, чтобы выйти в море, надо выполнить огромный объем работ. Море! И, кроме того: надо закупить продукты, получить карты, оформить судовую роль, дать заявку погранцам... Одним словом, какое сегодня число, если вчера было открытие олимпийских игр? Значит 21-ое.
     Еще раз вышел в море. В чаше стадиона горит олимпийский огонь. Все спортсмены в “напруге” - состязаются. А я? Я то на что способен в свои 52 года? Да, поход на яхте. Ее длина - 7,6 м. Ширина - 2,5 м. две мачты. Мотор в 10 л.с. И куча парусов. Авторулевого нет. Есть самодельное устройство, которое позволяет отойти от руля на 5-10 минут при ровном ветре. На яхте я - один. если упал в воду на ходу - тут тебе и конец. Это, за эти годы плавания на лодке, зарубил себе на носу. Главное всегда помнить о том, что будет если... Да, надо рассчитывать свои действия и знать твердо что делать минимум на два хода вперед. А вот этого-то в жизни, часто и не бывает.
     Вышел на простор залива. Заштилело. Хочу идти на форт Готлебен. Надо ждать “погоды”.Лодка, как никогда оснащена вроде-бы всем. Паруса, мотор, харч, вода - все на месте. Украшение быта - газовая плита! Только что нашел и успел купить. Спальный мешок. Простыни, фонари электрические, керосинка, как на старых парусных кораблях и... настоящий компас.
     19.00. Ветра нет. Начал жарить шашлык! Запахи. Тишина. Вечный покой. На горизонте - Кронштадт.
     21.00. На море ни ряби. Но легкие, едва уловимые дуновения ветра, не задевая моря тихо понесли лодку вперед. Теперь, если смотреть на восток, город на горизонте. Дома Васильевского острова вытягиваются в одну белую ниточку. Виден и Исаакий. Его мощь и громада за последние десятилетия съедены фасадом города, который “умело” выстроен гениями от архитектуры.
     21.30. Ветер усилился до 2-х баллов. Лодка пошла не менее чем 2-х узловым ходом. Бакштаг. Курс - морской собор Кронштадта. Солнце выглядит, как раскаленный кусок металла с темными причудливыми прожилками. Садится. Я напеваю свою привычную песенку: Кептен брей, кэптен брей, чиарап со...
     А вот и форт, мой старый знакомый, родной моему сердцу Тотлебен. Все форты родные. былая мощь флота. Непотопляемые авианосцы!
     22 июля 09.00. Солнце! 3 балла от Osta. На горизонте никого! Я один в море, куда ни кинь глаз. Может быть это состояние и есть одна из одухотворяющих прелестей человека в природе? Тепло. Курс S . Впереди форт Обручев. Уже на ходу пью сгущеное кофе с молоком, ем бутерброды, и по старой привычке держу на шее связку сушек. Давлю их в кулаке. Люблю жевать их на ходу. Думаю, что не похудею. “Ксантиппа” идет сама. руль 1-5о. Румпель закреплен на упругой связке - через эспандер. Можно работать, поглядывать на курс. Делаю ручку к швабре, переложил якорный трос, вымыл палубу... Погода шепчет на “развод”. На горизонте только один парусок. На Обручеве увидел одну “Ассоль”. Я стал рядом. Попутно сравнил с “Ксантиппой”. Небо и земля. В мою пользу! “Ксантиппа” - красавица. А если учесть обитаемость, управляемость, мореходность, то и говорить нечего. Субъективность - великая штука.
     12.30. Ветер стих. Тишина и благодать. Я, кажется, впервые за много лет никуда не тороплюсь. Не торопясь, сошел и на берег. Прошелся по пирсам. Поднялся на почти 15-метровую высоту казематов. Неоглядная даль на западе завораживала и манила - это туда, куда я собираюсь идти. Я сыт. Солнцем. Морем. Небом. Красотой мира. И что может быть рядом? Ничего!.. Но если еще “добавить” пирушку с очень хорошими друзьями, да любимую женщину, тогда - все! Туши фонари! Хотя нет. Это не все. Человека отличает еще разум, борьба. Тогда его должна радовать еще победа, к которой он должен стремиться, не жалея сил. Особенно крупная победа, которая достается дорогой ценой. Есть ли у меня победа? Есть. Хотя бы “Ксантиппа”, которую я поднял из “небытия” и запустил в море, дал ей новую жизнь.
     15.00. Подошел к сейнеру. Пол-литра водки в руки рыбакам и... ведро рыбы в кокните. Аврал! Надо чистить рыбу!
     16.40. Зеленогорск. Швартовка к отмели. На ужин рыба в “квадрате”. Т.е. богатейшая уха и жареный судак. Больше икра! У...у...у!
     Подъехал Сережа - как раз был дома. Сдал я ему “улов”. Распили чай с тортом. Погуляли. Рассказал он о своих плаваниях по океанам! Оказывается, получился смелый парень. Например, на траверге Лиссабона их захватил жестокий шторм. Двое суток держались, “выгребали”. Едва-едва. Потом, очень опасно “рвало” у берегов Канады. Рядом, сосед т/х “Тарасов”, затонул. Обо всем рассказывал просто. Серьезно. По делу. Временами с юмором, например, как штурман выходил на крыло мостика измерять силу ветра. Простились тепло. У него были дела. И девушка.
     23.07. 09.15. Снялся с якоря и швартовов. Курс Ленинград. Ветер - 2 балла. Видимость больше 10 миль. И опять по бортам журчит вода. Легкий ветерок несет “Ксантиппу” теперь обратно. Домой.
     11.30. Полный штиль. Звенящая тишина. От берега - Зеленогорск - без малого 4 мили. Но хорошо слышна музыка. особенно барабан! Ну, это и понятно: в низкочастотных составляющих звука потерь меньше! И опять теплынь! Сижу в плавках. Вот она какая бывает Балтика!
     Кстати, давно пришел к выводу, что ездить на юг, если имеешь возможность иметь отпуск в июле - глупость явная. Июль - самый теплый месяц. Из 4-х недель с вероятностью 99,9 из 100 две недели будут теплыми! За 20оС. А на фортах, за валами казематов, у пирсов временами 30оС! Вода теплая. рынки с зеленью и фруктами рядом. Рыбы вдоволь. И почти даром. Яхта набита едой и вином. Почти 10 лет я провел свои отпуска в многоугольнике Зеленогорска - Сестрорецка - фортов Обручев, Тотлебен. И лучшего, пожалуй, ничего нет! Надо только вспомнить, что такое отпуск в Крыму. Не успел прилететь - уже иди стоять в кассах за билетом обратно! Очереди в столовках. Еда отвратительная. Дорого. У моря можешь выдержать 1,5-3 часа. И иди! Лежать в номере. Или в квартире у хозяйки.
     Когда у тебя есть яхточка, когда ты волен сниматься с якоря и плыть или постоять, когда ты можешь загорать, купаться, ловить рыбу, парить над морем и мечтать, что может быть лучше?
     Тем более, что яхта, паруса воспитывают, учат постоянно, Штиль - терпению. Шторм - смелости и решительности.
     А как сегодня?
     13.15. Одуряющая яркость солнца. Море спит, сладко и редко булькая одинокими всплесками воды о клинкерные борта яхты. Над морем голубая высь. По периметру берега, очерчивая их контуры вразброс лениво лежат стаи белоснежных облачков. Вокруг лодки неторопливо кружат чайки. Временами они садятся в кильватере яхты с надеждой чем-нибудь поживиться. А я и впрямь временами им кое-что подбрасываю. То корочки хлеба, то остатки рыбы. На видимые броски они реагируют бурно. С криками и драками. А потому я не размахиваю руками, а еду тихонечко сбрасываю. Кругом ощущения безмятежности и покоя. Без темных очков на море смотреть невозможно.
     14.50. Ветер оживился. 2 балла. Лодка пошла живее. Румпель не держу. “Ксантиппа” почти умная. От нечего делать вымыл ноги. постирал носки. И сел в кокпит, с накинутой на плечи белой рубашкой. На голове - белая шапочка, которую постоянно мочу в воде. На носу - кусок газеты.
     Мимо проходит танкерок. С мостика смотрят: что за турок? А это я! Иду на Петергоф! И никуда не тороплюсь. Такое бывает только раз в году. Летом. На яхте. И сегодня. Если таких дней постоит хотя бы неделя-полторы, это - стопроцентный отпуск. О работе вспоминать только тогда, когда на горизонте увидишь Ленинград! Если задует ветер, то, тем более, не вспомнишь!
     Да, а ночью, когда стоял в Терриоках - Зеленогорске - был дождь и сильный. По крыше рубки отчаянно барабанило, где-то что-то булькало, свистело, плакало. В рубку тихо, но уверенно капало и струилось. Вся вода вокруг яхты покрылась большими пузырями, как бы “вспухла”. В темноте мне, временами, казалось, что лодка наполняется водой, как ведро под водопроводным краном. Тогда я вскакивал и “пялил” глаза на днище и борта. Наверное, я бы и не уснул, но сказалась прошлая ночь. “Отрубился” незаметно. Еще где-то что-то гремело, но... открыл глаза, когда на “дворе” уже было теплое и ласковое солнышко. Мир смотрел на меня всей своей красотой...
     15.45. И без того слабый ветер стихает совсем. “Закисончик”! Правильно. До 18-19 часов ждать ветра не надо. Но... Но, пути господни неисповедимы! тут же буквально через четверть часа, “дунуло”. И мы полетели.
     В 19 с небольшим я отшвартовался в клубе. Последний выход перед походом на Выборг закончился. Я и моя яхта готовы к походу. К отпуску.
     24.07. День окончательной дозаправки водой, продуктами, вином и шампанским!
     25 июля я снялся с якоря и швартовов. Вперед! Ветер - ost 4 балла. Фактически иду в фордевинд. Тут надо смотреть в оба! Яхта идет легко. Ход не менее 3-4 узлов.
     В 15.30 уже траверс форта Овручев.
     В 19.00 - траверс Тохбухина маяка. Ветер ОNО.
     20.30. На горизонте появился пограничный корабль. Идет на меня полным ходом. Берегут нашу границу! И нас, простых смертных, от вражеских поползновений. Подошли. Остановились и попросили подойти к борту. тут же досмотровая команда оказалась у меня на борту. Проверили документы. Но... на меня они оповещения не получили! Как так? Заявка-то у меня была дана! Тут же перезапросили. В микрофонах у них где-то пробулькало, прохрипело. Оказывается - “добро”!
     Это было самое главное! А ветер и волна скажут свое слово потом.
     Расстались мы с командиром с улыбками.
     21.30. На западе - заходящее солнце. На востоке - уже во всю свою ширь - луна. Ветер ОNО. Ход на уровне 2,5 узлов.
     А на полигоне, на якоре стоит новейший крейсер. Не крейсер, а крейсерюга. Мощный и безумно красивый. Славный представитель нашего флота. Голубая мечта моей жизни. Крейсер окружен литерами, плавучим краном... Наверное, загружается топливом, ракетами, вообще боезапасами. Счастливого плавания, голубок!
     22.15. Навстречу 5 яхт! Но на расстоянии не менее 2 миль. Названий не прочитать. Возможно, идут с Балтийской регаты. Как-то им штормило-плавалось? Удачно ли?
     23.25. Траверз м-ка Стирсудден. Любопытное место. С капризами. Все что-нибудь не так! Легли на курс по буям в пролив Беркезунд. Теперь ветер ближе к галфинду. Яхта сразу прибавила ходу. ночь теплая. На небе мириады звезд. Ветерок на 3-4 балла. Другими словами: я, “Ксантиппа”, ветер и море. Сказка! Вот оно философское начало моря: это опасность, которая поджидает тебя всегда и ждет твоего промаха, потрясающая красота, которую никогда не увидишь лежа в своей кровати дома, и сознание, что ты преодолел себя, выйдя в одиночку на разговор со стихией. Сегодня она ласкова и добродушна. Но ее зубы остры и безжалостны...
     А пока... Крен 30о. Пена. Брызги и хороший ход. Луна уже ушла на S и серебристая ее дорожка сопровождает нас. Кругом огоньки больших и малых маяков и буев. Красотища! “Ксантиппа” великолепна! С этим ветром, со скоростью 5 узлов я и пролетел
     до Приморска, прошел остров Пиисаари и на горизонте появился остров Вихревой... И тут в 04.30 заштилело. Земля, море и небо заснули.
     07.50. Подошел к Вихревому. Ветер NNО - 3 балла. Солнце. Видимость больше 10 миль.
     08.00. Началась лавировка и вход.
     На Транзундский рейд - отличную якорную стоянку кораблей при летних маневрах Российского флота при царях.
     Надо сказать, что этот залив для меня памятный. Именно сюда в Макслахти в 45 году нас, курсантов - Подготовительного училища привезли на практику. Здесь мы впервые сели в шлюпки, занимались греблей, соревновались. Именно здесь нас учили вязать всевозможные морские узлы, учили дисциплине и порядку... Нам было по 15-16 лет.
     Вход в залив со стороны рейда - если смотреть на карту не простой. Кругом камни! Подводные и осыхающие. Без крупных планов с обозначением глубин ходить в таких местах вообще нельзя. Тем более, под парусами, да с большим ходом. Вход, вообще почти перегорожен камнями, которые плотной грядой идут от полуострова Киперрорт в сторону острова Лисий. При общей ширине входа примерно 1,7 мили - какой простор! - полоса камней занимала 1,5 мили! Безусловно при наличии подробных карт, планов, промерного секстана тут было бы и думать нечего. “Чистой” воды более чем достаточно. Но при условии входа на “глаз” все серьезно осложняется. А вдруг еще какие-нибудь камни не помечены? Но моя осторожность оказалась излишней. Чем ближе я подходил к камням, тем навигационная обстановка упрощалась. Вода была чистой. Ее оттенок свидетельствовал о наличии глубины, что и соответствовало карте. Действительно: гряда камней, их осыпь и... великолепный вход! Но смотреть надо было в “оба”. Отдельные камни - опасность и не малая!
     Погода отличная. Ветер - ost - от 2 до 6 баллов! Его порывы были внезапными. Ветра нет, нет, потом “дал” и опять через пару минут “скис”. Я шел с полной парусностью. Хулиганил! Так и так - галфинд! Снижение скорости хода и смена галса - секунды. Убирать паруса я не хотел. Штилело больше, чем дуло. Но при порывах я “ложился”. Крен - до 60-70о. Все, что могло вылететь из своих гнезд - вылетело. Чуть позже, пацаны, которые видели как “валит” ветер яхту, думали, что ей давно пора уйти на дно.
     Но я “Ксантиппу” строил сам. Она могла спокойно лежать на борту! И тут же вставать. Меня же такая лавировка забавляла. Это был тренинг и проверка, как говорится, матчасти. Волны нет, берег близко. Вода теплая. Ну, куда-что денется? Вперед! Тем более, что на порывах ветра “Ксантиппа” срывалась с “места в карьер”, поднимая брызги и пену. А я для чего вышел в море?
     Пирс в Глебычево, где я пришвартовался вызвал во мне глубокое разочарование. В 1945 году все было. И 25 лет назад еще было! Теперь ничего нет, кроме остатков деревянных свай. Все снято. Разбито. Растаскано. Залив - идеальное место для яхтинга. 10 миль его длина! И выход во все страны мира. Но кругом все моторизовано. И “прогрессы” - элементы вроде бы цивилизации, вызывают в душе моей отвращение. Люди забыли весла и парус. Надо и не надо у них ревет мотор, нарушая первозданную тишину, покой и радость жизни.
     Пляж - мелкий, ровный, мягкий песочек. При температуре +25оС это - изумительное место для отдыха. Кругом сосняк, зелень кустов и могучих трав. Где, на каком юге все это есть? Температура воды +22оС!
     Но культура русского человека везде одинакова. Чтобы не выпить? Да! Но не разбить бутылки о ближайшие камни? Несчастное племя!
     После швартовки - в 15.00 - и беглого знакомства с “местностью”: что, где, как? – я упал на лежанку и заснул. Как-никак больше суток не спал. И проспал 14 часов.
     27.07.80 г.! Оказывается, День Военно-Морского флота! Вот это да! Совсем, на радостях отшибло память! Ради флота сделал большую приборку. Разложил все опять по полкам и кандейкам. нашел бревно и доску - сделал что-то похожее на трап. Иначе и на берег-то не сойти! Сварил уху. Пригласил вахтенного - бывшего военморяка на “стопарик”. И отметили это событие в расспросах и рассказах.
     Солнце печет неимоверно. Моя физиономия, несмотря на всевозможные защитные приемы пылает красным пламенем. Что делать?
     На яхту идут потоком пацаны. Сплошные экскурсии. Сначала подошли двое - те, кто побойчее, потом пятеро, потом еще и еще. Я должен всем рассказать, дать разрешение посмотреть, все потрогать руками. Довольны. Просятся “покататься”. Обещаю.
     23.00. Потрясающий закат солнца. Теперь оно, кроме облаков пробивается сквозь верхушки могучих елей и сосен острова Лисий. Остатки света сочными, нежными струями ниспадают на землю. Создается физическая, неземная картина перепада цветовой гаммы облаков леса и воды. Вся пьянь на моторках утихомирилась. Тишина. Наступило умиротворение природы - человек тупой, развязный, грубый ушел. Ушел в небытие и очередной день ВМФ!
     28 июля 6.00. На ostе “выпирает” из-за леса солнце. Видимость больше 10 миль. Ветер - слабый. Приятная утренняя свежесть. Прыгаю, не думая, в воду. День начинаю с приборки. По мелочам. Затем, кофе, сухарики, - хлеб поджариваю на подсолнечном масле. Вкуснота!
     Тут же успел пырнуть ножом себе в руку - открытую ладонь. Это тоже надо “уметь” делать! Кровь брызнула бурая, венозная! Кстати, видимо, снаружи ладони артериальная, а внутри - венозная! Сделал мощный тампон с йодом, затем замазал БФ-6. А сам давно хожу “битый”. Ноги в ссадинах. Голова - тоже. Натыкаешься. Колотишься...
     14.40. Подошли пацаны. Поднял паруса и “прогулялся” с ними до Прибылово. Кстати, при съемке якоря трос где-то, за что-то зацепился. Нырнул один молодец, этак лет на 15 - ничего не получилось. Нырнул другой - тоже выскочил из воды, вылупив глаза. Глубины метров 5! Пришлось нырять мне. Это в 52 года! Туда 5 и обратно 5! Как ни странно, но я добрался до узлов, все распутал и якорь подняли. Грешен, у меня еще есть сила и опыт. Пацаны от прогулки остались довольны. Впервые в жизни под парусами! А я подумал: может быть кому-нибудь и западет мысль соорудить лодочку, поставить парусок и начнет он плавать, вспоминая залив Макслахти, что под городом Выборгом...
     16.50. Я купаюсь. Теплая вода. Щедрое солнце. Ветра нет.
     29 июля 08.10. Солнце. Штиль. Верхушки сосен и елей не шелохнутся. Температура +25оС. Я весь день то и дело ныряю в воду. На пляже песок - хоть яйца высиживай. Божья жизнь! Я мал-мало поработал: выкрасил кокпит эмалью бордо-карина, чуть-чуть отлачил фальшборт. Но... больше бродил по пляжу, лежал на песке - грел свои кости. От души купаюсь! Так день и прошел. Я - в режиме разгрузки, о которой давненько мечтал.
     В 22.15 встретил приятеля по катку. Он обалдел, Поговорили. Выпили - у него, заели окунем в сметане. Потом пришли ко мне. Еще раз дернули по “стопарику”. И я уснул сном праведника.
     30 июля. Солнце. Видимость больше 15 миль. Ветер SO - 2 балла.
     Теплынь.
     10.30. Снялся с якоря и швартовов. На борту двое “юнг” - пацанов местных. Напросились! Дал ход в направлении к Золотому пляжу. Через час уткнулись в берег. Пляж действительно золотой. Чистый, свежий, желтый песок. Толпа - женщины - обалдели. Все забегали. Я уточняю:
     - В чем дело?
     - Как в чем? Вы же явились, как в сказке. Ничего не было и вдруг белоснежная яхта. Паруса...
     30.07. Мой приятель - заядлый рыбак. Кормит меня рыбой. Мощными, хищными щуками. А на уху - окуньки! Знаток!
     Затем мы с ним зашли к контр-адмиралу Н.Э.Фельдману. Он был при финале своей жизни. Койка простенькая, дачка казенненькая на год и болезни... Вся честь, слава и жизнь - позади. Сердце мое сжалось. Я его узнал, хотя от нашей встречи прошло почти 35 лет. Да, такая у меня зрительная память на лица.
     Тогда, в 1944 году, когда мы были на “Комсомольце” ему было около 40-42 лет. Молодой, сильный, красивый, командир бригады! Герой боев за Выборг. Он был командиром высадки десантных войск именно в этом районе. Видимо, они, эти бои и запали ему в душу. И он каждый год приезжал сюда на отдых. И вот финал. Смелый и сильный перед врагом, он оказался слабый и беззащитный перед вероломным нахальным людом, который его притеснял. Ему приходилось надевать китель, увешанный орденами за бои 1941-1945 гг. и идти жаловаться на хамье. Мне было больно. Но что я мог для него сделать?
     31.07. Ночь. Комаров набралось в рубку - тьма! Зевнул. Налетели на свет. Поздно пришел. Заснул. А они тут, как тут! Ж...ж...ж... Лупил я их, как мог. Но сна не получилось. А на утро я устроил себе блины! С яйцами!
     В 10.00 снялся с якоря и швартовов. Солнце. Теплынь. Видимость больше 10 миль. Ветер - еле-еле дышал. Опять прогулка под парусами. Все на яхте “работает”, все на месте. К походу я оказался, вообще-то, готовым и не плохо, несмотря на свое легкомыслие. Где-то я и архисерьезен!
     13.00. Опять золотой пляж. Погода - “зашибись”! Купаюсь. Купаюсь. Купаюсь. Температура +25оС.
     18.00. Возвратился в Глебычево. Сварил себе знатный обед, благо в лодке всякой всячины достаточно. Не надо ходить в магазин еще месяц! Выпили с новоявленным знакомым и засиделись допоздна в разговорах о жизни. Лепота!
     1.08. Весь день стоял. Блаженствовал. Купался. Желающих посмотреть на яхту запускал на борт. Консультировал. Объяснял пользу отдыха, когда на лодке есть мотор, паруса, еда, ты свободен в своих перемещениях по белому свету... И снова купался. И ел. И читал.
     2.09. Стоянка моя пошла на вторую неделю. В воду лезу утра. Освежаюсь сразу. Солнце, вода и воздух - вот основное, что надо использовать, пока есть возможность.
     08.50. Ветер S - 1 балл. Видимость больше 10 миль. Снимаюсь с якоря и швартовов. Пошел на тренировку. Слишком много было разговоров о буксируемом конце, который надо выпускать с кормы-яхты. На случай падения человека за борт. Решил все проверить сам. Выпустил с кормы хороший, крепкий конец длиной 35 метров с кольцом. Ветер ровный. Оценил обстановку. До берега примерно 3 кабельтова. Вода +22оС. “Ксантиппа” на курсе идет устойчиво. Ход примерно 1,0 узел. Казалось бы, чего проще. Прыгай за борт и все! Но, откровенно говоря, пришлось с собой “поговорить”. Взвесить все шансы “за” и “против”. И не боязнь руководила моим поступком. И не дурацкие, мальчишеские порывы. А просто факт: если что не так, до берега Ого, го! Но мне же не 25 лет! И на лодке никого!
     10.30. Я сымитировал свое падение за борт. Вывалился. Упал!
     До желтого, хорошо видимого конца было метра 2. Я лихорадочно заработал руками и ногами. Спасательный жилет только мешал. Странно, но трос - как мне показалось - быстро уходил за лодкой. Надо было поторопиться его хватать! Что я и сделал.
     Значимость эксперимента не переоцениваю, но и недооценивать не хочу. Морально-психологическое состояние в таких ситуациях - почти все.
     Когда я вылез на лодку меня охватила искренняя радость победы над собой! Ведь надо было такое сделать. Но дурной пример заразителен.
     12.15. Прыгнул в воду без спасательного жилета! Расстояние до берега примерно 2 кабельтова. А до Золотого пляжа - 3! Скорость примерно 1,5 узла. К “падению” своему уже отнесся спокойно. Но трос спасательный перед глазами “побежал” значительно быстрее. Успевай хватать, Юра! Да и ладони начали чувствовать скорость. Вылез, отдышался.
     12.30. Три мотолодки “в запуски” проревели на SО. Называется, отдыхают люди! Я скрываюсь в тени паруса. Соображаю. Жду усиления ветра.
     13.20. Ветер усилился до 2 баллов. Скорость не менее 2 узлов. Если ветер “рванет” на 4-5 баллов, лодка “улетит” в мгновение ока. До берегов - 2-3 кабельтова. Я без спасательного жилета! Опять рассуждаю сам с собой. И, невзирая на опасность, снова прыгаю за борт. Тут впечатления получились уже другие. Как мне показалось в первые мгновения яхта уходила от меня очень быстро. Была корма и... нет ее! Два узла это примерно 30 м/мин. или 1 метр в 2 секунды. Пока прыгал в воду, выныривал, разворачивался вот тебе и 5-6 секунд. Да подплывал к тросу - 10! Вот тебе и 5 метров! А если учесть, что уровень глаза на уровне воды, то лодка уже кажется мощным, сильным исполином, неотвратимо и угрожающе быстро убегающим от тебя. Схватился за трос, сжал кулаки - ожог! И трос не удержать! Мгновенно ухитрился закладывать его на согнутый локоть. Сопротивление воды сильное, срывает с троса. Подтягиваться тяжело. Тянусь едва-едва. По-видимому, скорость яхты ближе к 2,5-3 узлам. Наконец, выбрался! Сел на корме отдышаться. Огляделся. Да, ход не менее 3 узлов. Дунуло бы больше - дело было бы плохо. И тут же начал мысленно плеваться по поводу статей, расписывающих выброшенный с кормы трос чуть ли панацеей при падении человека за борт. Какие глупости!
     В море человек на яхте всегда одет, со спасательным жилетом! Уже при трех узлах не всякий выдержит простого сопротивления воды! При пяти узлах хода спасательный конец - пустое дело! Смех. И анекдот.
     Трос должен быть толстым! Диаметрил не меньше 25-30 мм. И тут определяющим, кроме его прочности, является способность яхтсмена зажать его в кулаке. Узлы - кнопы - должны быть на расстоянии друг от друга не более чем в полуметре. Лучше - чаще. А совсем хорошо - петли, в которые мог бы “забраться” яхтсмен.
     Так это при наличии высоко тренированной команды! И сам выпавший и оставшиеся на борту люди знают что и как делать. Если яхта идет хотя бы 5-6 узловым ходом, времени на размышления - секунды! А если ты одиночник? То шансов на спасение почти нет. Вывод из изложенного один - не “выползать” из яхты ни при каких обстоятельствах!
     День прошел великолепно! Я был рад, что “попробовал” архиважное, но то, что выходит за рамки здравого смысла! Потом хотел написать статью-предупреждение - в “К” и я, взял было перо в руки, но тут же отложил.
     - Слишком рискованным был эксперимент. Не приведи бог, если кто-то захочет сделать аналогичное! Ведь соль-то в том, что я был один! Именно это обстоятельство и определяет специфику морально-психологического состояния человека, когда с ним случается беда.
     16.05. Уже давно купаюсь и загораю. И тут на пляж приходят две молоденькие и симпатичные мамочки. И начинают резвиться, как их 2-3- летние детишки. Мне это очень понравилось. И я, не без сомнений, ввязался в игру и в разговор. Они были сестрами и оказались словоохотливыми. Зашли на яхту, все внимательно осмотрели и, довольные, ушли. Но этим дело не кончилось. Они пригласили меня посетить их жилье. Мне это показалось интересным. И мы пошли все вместе. Их попрыгунчики, они и я.
     После чая я раскланялся с ними и пригласил приходить на закат солнца. Каково же было мое удивление, когда перед закатом я увидел одну из них. Она стояла на обломках пирса и ждала моего приглашения. Тут надо отметить, что при всей миловидности обеих, эта была эффектнее. Для меня это был как дар бога! Я уже давно не видел Ирэну. Моя плоть заговорила своим языком. Мы не долго любовались закатом. Она с удовольствием спустилась в рубку. И с еще большим удовольствием мы занялись серьезным делом. Ее звали Оленька. Двадцатидвухлетняя. Красивая, стройная, с ослепительно белыми зубами и прелестной улыбкой. Богиня, которой надо было “дать”. И я дал. Потом она рассказала о себе, о ребенке, о муже, о том, как они гадали с сестрой, кому из них идти на встречу ко мне...
     В эту ночь я не заснул. Слишком велики были впечатления от прожитого дня и восхитительного заката солнца. Вместо сна было просто забытье... Превратности судьбы и варианты жизненных ситуаций поистине бесконечны.
     3.08. Тихое, спокойное утро. Солнышко. Теплынь. Ветер W - 2 балла. Видимость больше 10 миль. Сказка бытия. Жду ветра. Никуда не тороплюсь. Купаюсь. Загораю. Ни о чем не думаю. Вбираю в себя сладость жизни.
     16.30. Проводил девочек на поезд. Они поехали домой, в Выборг. Договорились быть полезными друг-другу.
     И, добравшись до яхты, малость поужинав, улегся читать и... мгновенно заснул. Аут! Странное дело: сплю через ночь. То комары, то выпили, то впечатлений через край... Это хорошо, что я могу двое суток стоять на ногах, но надо ли? Я же в отпуске.
     12.50. Снялся с якоря и шартовов. До свидания, милое Глебычево - райский уголок земли нашей! Эти 8 дней были прекрасными, как Солнце! Теперь вперед, на Транзундский рейд, к острову Вихревой и... домой. Курс NW, бакштаг.
     Ветер “дышит” еле-еле. Тихо, тихо уходим из этого уголка залива. Я думаю о прошедшем. И прихожу к выводу, что высшая сила, красота и ощущение прекрасного, это - обладание молодой и красивой женщиной. Обалдевшей от мужчины. Другого я не знаю. Тут же в кокпите беру карандаш и пишу, что приходит в голову.

          На горизонте, как звезда
          Ты засветила мне улыбкой.
          Остались в памяти глаза...
          Ты не греши своей ошибкой.
     Пусть дань была природе отдана
     Пусть что-то второпях случилось
     Напору чувств осталась ты верна,
     А в сущности бытия ничто не изменилось.
          Наоборот! Натуру показала ты,
          Мечту и явь, и красоту души,
          Стесненного дыхания жар,
          Прекрасных форм упругое движение,
          Истому сладострастного борения.
     Мы все живем мгновением вековым.
     Сильнее мига нет. Он будет таковым.
     И чем сильнее чувствуем влечение
     Тем меньше остается места для сомнений.
          А прав ли я? Права ли ты?
          Мир может рушиться. Останься только ты.
          Но небосвод не упадет на голову твою,
          Светило, как всегда взойдет и сядет.
          Ты только ласково погладишь грудь мою,
          А я твои волнительные пряди...

     15.30. Траверз камней на выходе у залива Макслахти. Ветер ушел на 2 балла. Ход - 3 узла. Впереди ширь Транзундского рейда. Справа россыпь мелких островков - симпатюшечек днем, когда их видишь и опаснейших ночью. Одни камни. Слева полуостров Киперрорт.
     17.30. Заштилело. Наступила мертвая, оглушающая тишина.
     18.30. Всю S-вую половину затянуло темнотой. Думаю, что надо подготовиться к дождю и к ветерку. Одеваю штормовку, резиновые полусапоги...
     Закапало! Полилось! Забарабанило по рубке!
     На мачтах основной комплект парусов, а надо было кое-что и спустить. Э...э... Полоса дождя уплотнилась до предела. Видимость около 1 кабельтова. Ветер явно на усиление... Он как-то быстренько уплотнился, собрался и на тебе! Уже от 6 баллов!
     Подошел к Вихревому. Возникла мысль: ветер в “мордотык”. До Пиисаари около 6 миль, да и в проливе Бъеркезунд при таком ветре не “сахар”, и дело к ночи. Конечно, дойти можно, но зачем?
     Ложусь на обратный курс, чтобы войти в заливчик у Киперрорта и переночевать спокойно, стоя на якоре под защитой берега.
     Но! Пока думал, пока ложился на обратный курс не прошло и 5 минут. И тут небо как “прорвало”. Явные разрывы в пелене дождя, а там ясное небо. Значит, раздует! Еще минуты размышлений, переоценки обстановки. Задаю себе вопрос:
     - А зачем я, собственно, в море? Что мне от того, что дождь! Что ветер? Пусть дождь помочит, а ветер, как следует, продует. Мою башку и душу.
     19.30. Начал лавировку. Ветер задувал. 6 баллов я мысленно “вошел” в режим испытаний всех элементов яхты. При порывах ветра не приводился, - смотрел что будет дальше. А “дальше” было то, что и должно быть. Крен до 45о. Палуба подветренного борта вся в пене. Паруса - своей нижней кромкой - в воде. Яхта несется по воде, как ошалелая лошадь при плохом ездоке.
     Хорошая морская практика подсказывает, что надо уменьшить парусность. Но надо оставить руль! Надо идти к мачте! Это в пене, брызгах и крене! А ветер ближе к 7 баллам. Вот и начались испытания. Но не лодки, а меня. Делать нечего. Привожусь. Растравливаю шкоты у стакселя и грота. Обтягиваю шкоты бизани... И пошел Юра! И в пену, и брызги, и броски лодки. Парус - грот - надо спустить или зарифить Спасательных жилетов я не признаю. Окажешься в воде - не доплывешь до берега. Далеко! На горизонте ни души. Надо будет умирать, замерзая в воде. Только руки! Ноги! Голова! Надо думать и делать. Быстрым, жестким броском оказываюсь у мачты. Цепляюсь за нее всем телом, если не зубами. Я на коленях. Руки в работе. Яхта - золотая моя “Ксантиппа” - великая умница. С обтянутой бизанью она стояла против ветра, спокойно переваливались с волны на волну. Мне бы только не ошибиться, не оступиться, не потерять опоры!
     А, впрочем, все это привычно. Так всегда и было. Я снова сел на руль. Лег на курс.
     И опять пена и брызги. Но без той отчаянной “напруги”, которая была. Крен 12о. Нормально!
     21.45. Подошел к траверзу Вепревского маяка. Скорость по генеральному курсу была на уровне 2 узлов. На галсах до 4. Еще немного и остров Пиисаари закрыл меня от ветра. Подхожу к берегу. На карте показано, что он весь усыпан камнями. Иду тихо-тихо. Прямо в берег. Под одним стакселем. Уже темно. Черная громада леса надвигается на тебя устрашающе. Я - балда! Не успел сделать лот. Смех, ей богу! И всего-то: конец метров хотя бы на 10, да груз. Однако, дальше идти опасно. Стоп. Бросаю якорь. Эге-ге! Якорь встал на “панер”. Это около 30 м глубины. Приподнял стаксель. Прошел немного. Но шутить нельзя. Стал. Все. Тут же улегся спать. Как-никак, а на руле - вахте 17 часов!
     Ночью слышал, как дождь старался намочить грешную землю и возвратить морю то, что взял у него днем. Под утро громовые раскаты старательно будили меня. Но напрасно. Я спал. Во сне мне казалось, что самым опасным местом является топ мачты с металлическим штырем для флажка и серьезным препятствием для чаек - любителей “поливать” палубу яхты. Молнии пытались раздирать мои глаза. А я видел только их силу - отсвет, который пробивался сквозь закрытые веки.
     Во сне я думал, что я буду делать, если она разорвет где-то борт, как буду “толкаться” к берегу, чем буду забивать дыру... Но так и не проснулся.
     Очнулся я около 10 часов утра. Солнце уже светило во всю. Следов грозы не было и в помине. Легкий ветерок от S звал в дорогу. Но! Старая морская привычка с утра делать приборку! Но! Сначала попить, поесть... После кофе старательно разложил все, что вчера съехало, упало, развалилось по своим местам. Проверил, где все же протекала вода. Все вымыл, вычистил. И поставил на плиту тушить капусту. На обед! Вымыл руки и сел за эти записи.
     Сегодня 4 августа 80 г. 12.15. Пора обедать! На флоте обед - святое дело! И компот! Красота душевная всех моих движений и чувств наивысшая. Радостей моих не счесть. Я хотел бы писать стихи. Как-никак, но стихи - квинтэссенция чувств! По ветер, волны, дождь, грозу, любовь. Но? Опять “но”. Надо обедать. И “дуть” в бухту Дубковую. А это около 20 миль.
     12.35. Снялся с якоря. Ветер S - от 2 до 5 баллов. Видимость больше 10 миль. Солнце греет во всю.
     14.00 - Приморск. Самое памятное место - местная кирха. С великолепной скульптурный композицией из камня. Лодка рыбачья под парусом. Все - вытесано. И тут же грустная картина из совдепии - лесопилка. Грязная, неухоженная, разбитая.
     18.30. Подошел к Дубковой. Куда двигаться? Кругом камни. Створ только на карте. В натуре - нет! А я последний раз в эту бухту заходил 12 лет назад. И тут же заштилело! Зыбь от вчерашнего дутья “валяет” яхту с борта на борт. Движения вперед никакого. И, как раз, тут и камни. Между мысом Коготь и грядой камней от бывшего волнолома. Но верхние ряды камней - когда-то был порядок! - штормами сорвано. Они все на дне. А гряда - под водой. “Сказка”, а не вход!
     Проболтался так около часа. думал: вот-вот чуть поддует. Идти-то с полумили. Учитывая всю специфику этого места решил ветра не ждать. Безгрешный СМ-557 сделал свое дело. Через 10 минут хода я бросил якорь. Но! Пока шел к пирсу, еще за 50-75 м от него - на самом малом ходу! - ударился о камень. Мотор заглох. Я стал. Это тоже эксперимент. Что будет с плавником от небольшого удара? Это первая такая апробация за последние 2 навигации. Течи в днище нет. Тут же нырнул под лодку, посмотрел - все ли в порядке? Все в порядке!
     И еще. За 4 часа 40 минут прошел 21 миль. Значит средняя скорость - 4,77 узла! А ветер был от 2 до 5 баллов. Хороша “Ксантипка” - мое убежище, моя радость.
     5 августа. Бухта Дубковая. Надо идти в Терриоки - Зеленогорск. Спал до 6.00. Настроение отличное, хотя потянуло ветром от Оst. Тут хорошего ждать ничего не надо. Видимость около 5 миль. Ветер 1-2 балла. Солнце в тучах.
     07.30. Снялся с якоря. С моря - зыбь! Ветер “крутит” Теперь уже - S!, т.е. классический “мордотык”. А мне идти меж камней! Так и иду. С одной стороны - оконечность разрушенного мола. Оконечность не видна! Я ее только “вынюхивал”. С другой стороны буруны от камней и зыби от W.
     Но это - практика. На то и море. Плавание. Риск. Не напороться на камни. Выйти “сухим” из воды при весьма непростой обстановки. И, правильно! тут ветер зашел на Оst. Лодка побежала меж камней на выход. Едва прошел камни и вышел на залив ветер усилился до 7 баллов! Это уже многовато! И от S! Это уже плохо!
     11.20. Уже примерно 3 часа “толкусь” у Стирсттудена. Вперед ни шагу! Мал балласт у лодки. С бейдевинда надо сваливаться в Галфинд. И никаких. Да еще подошел пограничный корабль. Смотрят сверху, с мостика, как я кручусь.
     - Куда идете, есть ли документы?
     Я смотрю на них, на борт корабля, на бортовые кили - перья, которые то и дело выходят из воды. Для меня это - смерть! Они мгновенно разорвут борт. Уйдешь на дно и за спасательный конец не успеешь схватиться.
     Сквозь ветер, навстречу им кричу, но больше машу руками:
     - Иду в Ленинград, домой!
     Дескать, все в порядке. Я не шпион, не контрабандист. Валите, и вы, ребята, к себе домой. А те и впрямь меня поняли. При таком ветре стоит ли сбрасывать ко мне досмотровую команду? Видно плюнули на меня и дали ход.
     А затем, буквально через полчаса, ветер плюнул на все и... стих. Мгновенно, как прилетел, так и улетел. Я малость передохнул. Спустился в рубку. Оказывается, мой керосиновый фонарь, что висел под подволоком сорвался с крючка. Упал на стол и разбил часы. Это и было 11.45! Значит сейчас примерно 12.30. Ставлю свой самый большой стаксель. Теперь “пошли”. Еле-еле. Скорость – 1,0 узел. Не больше. если так и дальше пойдет, до Зеленогорска идти почти сутки! Но... тут же опять “дунуло”. рвануло. Сдернул стаксель в воду. И вперед. На бак! Убрал, заменил небольшим. И не успела лодка набрать ход, как опять... да, ветра нет! Теперь сижу, размышляю, жду. Нету ветра! Снова меняю стаксель. Лодка опять пошла, но еле-еле. Ставлю варить кашу. По морскому, т.е. кипячу крупу минут 15. Не больше, а потом котелок - в бушлат. На полчаса-час! Но надо не забыть бросить в кипящую воду масло и соль. И получится не еда, а объедение. Даже из перловой крупы, если тебя успело “продуть” как следует у руля. Так у меня ушло полчаса. Не больше. Опять задуло. Опять порывчик, опять очень сильный ветер. Опять паруса в воду. Сбрасываю стаксель в воду. Опять - вперед! На бак! Убираю. Ставлю “малыша”. Опять несемся в брызгах и пене... минут двадцать. Не больше. И опять ветер скис! Вот уж это плавание на выдержку, на характер. И так примерно за три часа я менял стакселя шесть раз! От Стирсттудена не мог “оторваться” примерно 5 часов. Вот такое местечко!
     Погоду делает ветер. Нет ветра - будешь стоять. бывает сутками! А начнется - смотри в оба. Разгуляется - все снесет, сорвет, свалит. Но все на свете кончается. Наконец потянуло устойчиво от S - два балла, затем по 3 балла и мы полетели. Это было примерно в 16-17 часов. А около 21 часа я вошел в гавань Зеленогорска. Кстати, под одним гротом. Тихо. Спокойно. Затем швартовка: сначала бейдевинд, выход на линию сброса якоря, сброс якоря, поворот оверштаг, снова бейдевинд, затем руль прямо, чуть набрал ход, отдал фал - грот долой и бросок яхты на песок берега. Все!
     Вот и конец, по-существу, моего отпуска! Он проведен, пожалуй, как никогда. Никогда я так долго не имел хорошего настроения, такой - к месту - хорошей погоды. Встряска у Стирсттудена еще раз подтвердила, что ухо с морем нужно держать “востро”. Мои “упражнения со стакселем опасны до остервенения. Я в море один! Но они нужны были мне для осязания этой обостренной опасности. Кто я? На что способен? Оказывается, гибнуть мне рано. Я должен еще написать книгу по своей специальности. Надо защитить докторскую диссертацию. Это - становление ученого! Но, самое главное, надо написать книгу рассказов капитана Веперлуда для детей и книгу о современной жизни, когда человек вынужден биться в тисках противоречий, окружающих нас.
     16 часов - отдохнул. Поел. Кончил писать. Помыл голову, побрился... можно идти в “Морской прибой” - дом отдыха, в котором я случайно оказался в 76 году. И обязательно сходить! Тем временем ставлю на плиту картошечку на обед и внутренне блаженствуя, отдыхаю. А на S - под Кронштадтом уже темные тучи, слышится отдельный гром, и, вроде бы, собирается гроза. Барометр мой вероломно врет.
     Если на нем 760, то на деле уже 750. И, кстати, на нем сейчас 755, значит давление начало падать. Ветер от S усилился до 7 баллов, не меньше небо потемнело и над нами.
     - Так что же самое прекрасное в жизни? - задаю себе этот вопрос. И сам себе отвечаю:
     - Борьба, Борьба за справедливость. За торжество благородного духа. Человек должен лететь в своей жизни. А чтобы лететь нужны крылья и усилия. Вот об этих усилиях я и говорю себе. Если тебе природой уготовано ходить - ходи! Ползти - ползи! Лежать - лежи! Это и будет жизнь. Но надо разгадать в себе способность к полету. Надо найти в себе хотя бы отростки крыльев. И попытаться взлетать. Духом...
     А ветер и гроза пошли на усиление. Яхту мало-мало “треплет” в гавани. Куда это мне надо было идти? На “дворе” и сумеречно и холодновато и тоскливо. Не лучше ли лечь спать? Но в ночь оно, море, засвежело.

          И в ночь пронесся ураган,
          С цепи сорвался ветер,
          А я? На бал стихи будто зван –
          Сижу я в яхте целый вечер.
     Волна остервенело бьет в борта
     Не выглянуть из рубки – смоет,
     Бегут на запад мрачных туч стада,
     Душа моя о жизни ноет.
          Зачем, чудак, покинул теплую постель,
          Зачем покинул городскую мостовую,
          Забыл роскошный блеск огней
          А заодно и твердь земную…

          А утром, как своенравная красавица высшего полета. Уж приласкает, так приласкает. Но рассердится, то жди беды! Вчера вечером оно мне угрожало. Я боялся, что якорь не будет держать. А сегодня?
     Солнце! Видимость до краев горизонта. Тишина. Ветер как будто вытряхнул из своего мешка все лишнее и сейчас отдыхает.
     Я делаю приборку. Пью чай. Никуда не тороплюсь. Последний переход. Сегодня Пятница. Последний день отпуска. В Понедельник на работу.
     Часы разбиты у Стирсттудена. Времени - по солнечному - примерно 8 часов! Ветер Оst - 1 балл. Снялся с якоря и швартова, что был заведен на пирс. И тихонечко “потянулся” на Ленинград. Примерно 08.30 на Sо - начало темнеть. Затем, вскоре, в 09.00 ого-го! Всю четверть горизонта затянуло чернотой. Явно выражен грозовой фронт. Вдали сверкают молнии. Но грома еще не слышно.
     А в сторону Зеленогорска - контраст природы. Он как на лубочной картинке. Сочная зелень, умытая дождем, залита солнцем. Отдельные, видимые сквозь зелень, дома сверкают своей белизной, как будто только что родились. Церковь со стройной своей колокольней завершает эту картину. И худо верится, что я живу в таком прекрасном уголке Земли нашей.
     А в сторону Ленинграда - ничего хорошего. Видимо меня малость помочит и продует. А пока штилеет. И час, и два. На море - одуряющая красота. Солнце печет. Небо, как бесконечная голубая высь, кружит голову. По берегам залива - маркизовой лужи - легкие, нежные облачка выстроились грядками почти по всей половине горизонта и покорно ждут, когда из безжалостно сомнет грозовой фронт. Видимость на W больше 15 миль. Тихо-тихо, но
     идем. Вот и скрывается форт Обручев. Тоненькая светлая полосочка как бы поднимает этот “непотопляемый броненосец” из воды. А 4 и 5 форты стоят в яркой, сочной зелени трав. Могучие шапки деревьев высятся над ними. Красновато кирпичная кладка старых арсеналов, искусно оттеняет эту зелень. Берега форта опоясаны каемкой желтого, чистейшего песка каменных и бетонных плит. Там, где когда-то бурлила жизнь моряков Балтийского флота, тишина и покой. Бывшие пирсы - в экзотических развалинах. На ровной глади серебристо ласково воды удобно разместились ряды ярко красных и сочно черных буев и бакенов. И тут же неподалеку «устроились» всякого рода “посудины” очередной стройки века - дамбы, в идеологии которой “удачно” сошлись неуемные претензии бездарных инженеров с фанаберией партийной власти...
     Над Ленинградом темно: трехслойные мрачные тучи прижали город к земле. Слышится гром. Теперь они накрыли и Зеленогорск. Три четверти горизонта - от Стрельны до Зеленогорска в тяжелых грозовых тучах! А я и Кронштадт - в сиянии красоты дня.
     Времени - если смотреть по солнышку - около 17 часов. Я уже около острова Верперлуда. Почти дома! И теперь дождался. От S вижу резко зарябило воду. Только успел сбросить грот, как яхту буквально затрясло. Да, шквал! Опаснейшая штука.
     И не предполагаешь его силу. Я успел сбросить и стаксель в воду. Теперь лодка стала носом к ветру. Крохотную бизань казалось разорвет на куски. Облака, порывы ветра как налетели так и ушли. Минут через 15 задул ровный 4-5 бальный ветер от W. Мне осталось только поднять паруса из воды и лететь в свой клуб.
     Все! Отпуск окончился. Двадцать один день улетел в историю моей жизни!
     12 августа я сидел за своим рабочим столом и делал памятки в своей записной книжке. Был день 20-летия со дня прихода меня на работу в этот институт. Наши девушки - из лаборатории - вездесущая Галя и серьезно деловитая Люба - уже накрывали стол для посиделки, как вдруг раздался телефонный звонок...
     Да, это была она! Позвонила, как обещала. Оленька. Знойная, как лето Туркмении. Цветок русских полей. У которой есть муж, ребенок, работа. И сила. И красота. И смелость вот так шалить. О такой, казалось, нельзя и мечтать. Мне, старому козлу. Ей, оказалось неполных 25 лет!
     Мы встретились у касс Аэрофлота, на Невском: зашли в кабачок на углу Екатерининского канала, что напротив Дома Книги. “Стукнули” по 150, заели это осетриной. Потом гуляли. Я ей рассказывал по истории города, великих людях России, архитектуре... На Петроградской стороне “добавили”. Потом был мой гараж в яхт-клубе. Она тонула в кипе парусов. Потом я читал ей свои стихи. И в ее честь...
     Странный мой возраст. Странное мое поведение. Казалось бы.
     Но хорошо известно, что Д.И.Менделеев, когда уже был и седым, и бородатым, и в годах влюбился в свою студентку. И серьезно. Страдал. Какие он писал ей письма?!
     И Тургенев И.С. тоже писал молоденькой актрисе Анненковой,.. приезжай... тут так хорошо... Значит, звал ее к себе в Спасско-Лутовиново. Она, правда, догадалась показать ему фигу.
     Это как раз о великих.
     А я? Я не Менделеев. Писать письма студенткам и объясняться в любви не могу. И любить не хочу, т.б. с душевным трепетом и страданиями. Это дико, глупо и опасно. Вдруг на самом деле внутри все взыграет, вывернет твою душу наизнанку, свет белый для тебя свернется в одну точку, одну мысль, одно желание ее видеть, чувствовать, знать? Ведь это у меня было! А она тебе скажет:
     - Нет! Нет! Нет!
     Да, после 50 такими штучками не играют.
     Другое дело - перед тобой настоящее произведение природы. Живая, одухотворенная скульптура. С ясными глазами, светлой, мягкой улыбкой, заразительным смехом и жемчужинами зубов, сверкающими своей натуральной белизной! От ее прикосновения проснется мертвый! И желаний у нее воз! И понимает она все, как дворовая кошка. Утром была с мужем. А вечером - яхта, и необычность во всем. Во всех этих морских штучках - комингсах, рубках, палубах, мачтах, парусах, кнехтах, шлюзах и удивительно удобной мягкой постелью в носу лодки, вместе с шкипером-шутником, который то и дело смеется в свои усы. И в постели не последний. Диапазон женских желаний и их удали необозримы. Я хочу! Отдай! И все.
     Во время своих плаваний опять вспоминал Ирэну. Сначала у нее были дела. Потом отпуск.
     30.09. Ее встретил. Она как бы осела. Обмякла. Дома одни хлопоты сменяются другими. Ей все кажется, что единственный и любимый сын - оболтус! У мам всегда так! Муж “поддает” и постоянно занят ТV, его интересует даже сетка. Да, на экране сетка, а он сидит и смотрит. На предложение встретиться ответила сразу: на следующей неделе. Моя жизнь, кажется, стала входить в свое русло.
     09.10. Мы встретились. Дорвались друг до друга, как голодные. И опять до издыхания и седьмого пота. Я - ей, чтобы знала. Помнила. Любила. Она - мне - от своей чувственной натуры.
     Жену свой отправил в Сочи. Ей нужно отдохнуть. В глаза ее смотрю, как младенец. Таковы правила игры.
     И все время Ирэна, Ирэна. В том числе и 19 октября - свой день рождения. Я опять поражаюсь и наслаждаюсь ее красотой, которая необыкновенная, именно на ложе ее сновидений. Она откровенно признается, что в день встречи работать не может. Карандаш валится из рук. Бедное КБ! А я волнуюсь, уже когда она начинает расстегивать все свои бесчисленные кнопочки-застежки. Она настолько хороша, а я так стараюсь, что в последний раз разорвал... уздечку! Вот до чего дое...я! И идем домой руки ладошка в ладошку. Как дети.

     Любовь, это страсть без ума,
     Любовь, это – когда ничего не видишь,
     Любовь, это – бьющиеся сердца,
     Когда не слушая – слышишь.

     На днях пришло извещение, что диссертация прошла входной контроль. Это отдельная тема для разговоров. Высшей Аттестационной Комиссией сейчас “заправляет” Кириллов-Угрюмов. Как говорят: для одних - Кириллов. Для других - Угрюмов. Приказы один хлеще другого. Все “укрепляют”, “улучшают”, “укрощают”...
     А входной контроль это - вот что.
     Сажают девицу на “досмотр”, скажем, оформления диссертации и, конкретно, наличия точек, запятых, двоеточий, тире и т.п. пунктуации в перечне литературы. Это выглядит, например, так: Волков С.С. Сварка пластмасс. - М.: Химия. Ленинград.отд-ние, 1985. - 248 с.: ил. А в перечне 200-400 наименований. Поставил запятую вместо точки - ошибка! И девице сказано:
     Три ошибки и диссертацию возвратить автору. На доработку! Никого не интересует, что в диссертации есть по смыслу, делу. Будь ты хоть новоявленным Ломоносовым.
     На меня эта красотка буквально прошипела:

     - Если бы не Ваше “ДСП” я бы ее Вам возвратила!
     Когда я сдавил свой “опус” на фельдсвязь всего набралось 15,5 кг веса! Пуд!
     Я поблагодарил Бога и своего приятеля, который мне, в свое время, сказал:
     - Делай ДСП! В Москве умных много, полудурья - невпроворот!

     И я “воткнул” в 256 страницу текста диссертации две с половиной страницы “секретных”. Это и спасло меня.
     Работы в институте невпроворот. Начался новый “рабочий” год. Все возвратились из отпусков. Засучиваем рукава! Я строчу очередной отчет о выполнении работ, проведенных в рамках СЭВа. И тут же наша команда летит в Варшаву. Прекрасную, добрую, ласковую Варшаву.
     Мы заседаем! Это - самое глупое и тупое. Дела-то нет! И снова улицы, площади, кафе, люди. Сходили в оперу! Наши друзья-поляки стараются сделать нам приятное. Это видно невооруженным глазом. Благодарим их. И прощаемся. И снова свиные рыла чиновников в Москве. От них не уйдешь.
     03.11. Встретились с Ирэной. Воистину женщина дает мужчине жизнь. Она “вдыхает” ее в него. Но и без мужиков баба вянет. Чего тут и говорить.
     Ирэна летит в Ташкент. А я сажусь на “бобы”. При одной мысли о ней, у меня все становится на свои места. Я готов отложить все и вся и бежать к ней. Вот уж природа-матушка закладывает программу взаимодействия. Никакие ЭВМ так не срабатывают.
     Интересен японский гороскоп на меня - 80 г. ну, почти все точно. Но это балдеж, - в 79 году было еще чище. Во все эти фокусы я не верю. Но совпадение поразительное. Видимо, срабатывает эффект больших чисел.
     16.11. Ирэна моя в Ташкенте. Внутри что-то ноет. Диссертация уже на столе у Винокурова В.А. Отлично! А в постели надо лежать со своей женой. Она временами “отпускала” свою милость мне. На! И глубоко уверена, что я так и живу, по ее расписанию. Я ей дан Богом – она так и говорила. Домой прихожу почти вовремя. Зарплату приношу домой почти всю. Одет средне. Внешний вид - физиономия - почти всегда мятая. И от природы, и от вечной беготни. А если меня раздеть, то - смех! Ей-богу! Одни кальсоны чего стоят! Уж если раздеваться перед любовницей, то их спускать надо вместе со штанами! Иначе - убежит. Она знала: чтобы заниматься с женщинами нужны деньги и время. А у меня не было ни того,ни другого. Она в меня не вглядывалась. Не вдумывалась. Она была в редчайшей уверенности, что ее менять не на что, да и невозможно. И в постели то я... и мерила меня на свой аршин.
     А у меня к ней нулевая активность. Она мне противна. И как это сложно: люблю, не люблю, нравится, не нравится... До этого ли мне сейчас? Воистину, счастливейшая пора, когда сошлись молодыми, любя друг-друга и прожили счастливо до глубокой старости. Вот уж кому надо по-хорошему позавидовать. Одна женщина, - одна любовь! И жизнь в согласии... Но, это, наверное, на сто пар - одна! Почему природа не догадалась вложить человеку ген “устойчивости”! Почему идет такая черезполосица человеческих глупостей, а житейский мир трясется от взрывов?
     А мне-то что надо? Как случилось, что милая, обоятельная, душевная Верочка, на которую я молился сколько лет стала мне так противна? Дома теперь я только держу “марку”. Упаси бог ругаться и выражать свое недовольствие чем-либо. Даже, если утром она не даст мне спокойно поспать и на кухне, пока я ем успеет сказать: ну, ты и село!


вернуться к оглавлению далее
(C) Володин - Ю. В. Холопов, 2011 Опубликовано на Энциклопедическом портале Russika.ru