Письмо 7

Видения жизни. Семья. Да – опять любовь. Верочка должна окончить институт. Я еду во Владивосток. Острая тоска по жене. Опять письма. Каток – единственная услада. У меня - на спартакиаде - второе место по тихоокеанскому флоту! Впереди был только один «патентованный» мастер спорта…. И опять отпуск! К жене. К Верочке.

     Верочка, Верочка, милое ты мое создание!.. Мы только что смотрели друг на друга, улыбались друг другу. О, боже! А сейчас? Вот сейчас сижу и вспоминаю “как и что”, но только мне некуда бросить взор, кругом все чужое. Нет места, о котором я мог бы сказать, что здесь шел с тобою, объяснялся. Только в мыслях, в думах...
     Великое испытание падает на наши души. Мне сейчас тяжело, но ты знала, как мне было бы плохо, если бы я не ступил на дорогу, которой мы с тобой сейчас пойдем! Знай, что пока ты, Моя Вера, моей любви к тебе, уважения ты никогда не потеряешь... Кого ни встречу, у всех первый вопрос: женился? Смешно. А рассказать то и некому, какая ты.
     Пока ехал, мне, почему то казалось, что мы встретимся вновь в яркий, солнечный день, что ты нисколько не постесняешься прижаться ко мне при людях - так радостна будет встреча... Сегодня послал тебе поздравления с днем рождения. Самое главное - при всех остальных твоих милых качествах - желаю здоровья!
     Р.S. Сейчас “крутили” «Пармскую обитель”. А я пишу письмо. Кладу перо. Включаю приемник. Крепко целую тебя.
     01.11.53 г. ...Только что опустил письмо, как приносят от тебя. Ты пишешь, что “опять перешли на письма”. Ты понимаешь или нет, что мне плакать хочется? Как я себе не старался представить, что мне надо держать будет - все мои представления оказались жалкими по сравнению с действительностью... В тебе нисколько не сомневаюсь... Я никогда о тебе плохо думать не буду, особенно сейчас... Ты бы знала, как мне сейчас приятно знать, чувствовать, что где-то далеко, далеко бьется хорошее большое твое сердце, что ты думаешь обо мне. Мне тепло от этой мысли в этом большом, неуютном, холодном городе... Не бойся, что я разлюбил тебя, что у меня появилась “привычка” вместо любви, об этом говорить рано, даже дико... Выбрось такие мысли из головы... Верочка, ведь я же люблю тебя за все, что увидел, узнал, почувствовал... Если ты не “отступишься” от меня - я буду счастливейшим человеком. Что мне надо? Меня любит верное, милое создание - произведение природы! Эх, если можно было встретиться в январе-марте?! Буду думать и действовать...
     ...Ничего, Верочка, у нас будет праздник... Встречи будут наполнены до краев, когда мы будем стремиться входить друг к другу в душу, наполнять их тем невыразимо приятным чувством, которое человек называют любовью... Я страшно виноват перед тобой. Злодей и грубиян. Мне кажется сейчас: появись ты здесь, и я бы год слова поперек не сказал... Дорогушенька моя, боюсь умереть, не дождавшись тебя... Особенно тоскливо и вечером, когда, собственно, делать мне нечего. Все думаю, думаю. Аж, взял русскую грамматику. И начал изучать... Гласные, согласные... Перебираю фотографии. Попадается на них и Саша. А для меня - его нет! Мои радости только в воспоминаниях тех действительно счастливых минутах... Ты помнишь, как мы шли по набережной от почтамта? Я же тебе говорил, что это один из лучших дней жизни...
     17.11.53 г. ...Наконец, получил от тебя письмо. Я было подумал, что с тобой что-нибудь произошло, делал разные догадки, все передумал... Так нельзя. Ведь ты жена мне...
     Верочка, ты пишешь мне в отношении “слабости” нервов. Вот уж не знаю, помогу ли я тебе. У нас будет жизнь трудная, полупоходная. Знаешь ли ты это? На первых порах - по чужим квартирам, да без всего своего, самого необходимого! - тут уж не до своих нервов. Их надо будет позабыть!.. Я буду “весь твой”, как и сейчас, постараюсь не досаждать тебя глупыми мелочами... Только бы быть вместе...
     ...У меня начались коньки. И, слава богу, есть где “сбросить” свои силы. 15-го откатался самым чудным образом. Но сегодня стоит прескверная погода. Сильный ветер, мороз, пыль и солнце. Холодно. Времени свободного - тьма, как и всегда в это время. Все думаю о тебе, Ленинграде, возможном предстоящем отпуске. В феврале-марте! Есть идея! О твоей телеграмме - мне! Иначе, смех и грех, до октября не доживу. Но сейчас сижу в каюте, тоскливо, но мне нисколько не кажется, что жизнь идет даром. Наоборот! Все идет своим чередом. Трудным, но неотвратимым, необходимым. Тебе же надо окончить институт! Сердце и душа тоскуют, наполняются еще большим уважением к тебе, да, грешен, и к себе также. Тяжко, но здорово. Это, в конечном счете, борьба. За жизнь. Сейчас много читаю... С корабля за последнюю неделю не сходил. От начальства “отбрыкиваюсь” по телефону. Короче говоря, милая моя Верочка, я даже сам себя не знал. Уж если ты, моя мечта, не будешь временами особо настаивать на своем мнении, - то я буду достойным тебя...
     ...Сообщаю о великой радости. Отправляю в отпуск моего помощника. Он возвращается 7-го января! Значит, в конце февраля буду собираться, к тебе!!! Верочка, случайно познакомился с директором НИИ “Сан.эпид.микро” и т.п. институт. Работы, говорит, хоть отбавляй, даже можно подумать и о комнате... Ты смотри какая благодать сваливается на наши головы!
     Верочка, дорогая моя, нам предстоит борьба. Я послушал как “добывают” комнаты. Дело доходит до горького и смешного. Больше горького. Офицер флота ютится с семьей в углу у бабки, в домике, крыша которого уже съехала... Но я уверен, мы устроимся...
     Милое ты мое создание и почему это ты так редко пишешь? Вспоминаю “кризисы” в отпуске. Временами зол был на всех и вся. И больше всего на себя! Ужас.      Прошел месяц, как мы расстались. Уже мне не помогают никакие пластинки. Душа рвется к тебе. Если бы я не придумал отпуск в феврале - мне было бы сейчас ждать тебя просто не по силам...
     ...Погода - тихий ужас! Мокрый снег хлопьями. Я сижу в каюте. Почти час “гонял” пластинки. И матросы довольны “до упору”. Перебрал твои фото, перечитал письма, взгрустнулось пуще прежнего. Верочка, “первое письмо”, в исполнении Кравцовой, предлагаю для семейного гимна. Вот и смотри: плохонький голос, усиление, но музыка в тон душе и событиям и получается сентиментальная вещь! Для таких, как я, - слабых и беззащитных. Неужели весь вопрос упирается в квартиру и деньги! Неужели это в жизни главное? Неужели 1200-1500 в месяц нам не хватит? Здесь, конечно, все дорого, но как же живут другие? Кстати говоря, голуба моя, сейчас убеждаюсь, что лично мне денег почти совсем не надо, особенно если ты будешь здесь.
     Сейчас же остается острая тоска, по тебе, дорогой моей жене. Как охота прижаться, поцеловать, хотя бы молча посидеть с минуту, посмотреть в твои прекрасные глаза... Мне кажется, что в любых неполадках, пока ты меня любишь, я никогда не пожалею, что мы связаны. Особенно, если мы будем друг-друга поддерживать, помогать друг-другу. В семье - будущее жизни!
     И очень хочется пожить, хотя бы с год-два, глядя друг на друга, тихой безмятежной жизнью, без больших забот... А так? Извечная торопливость, желание сделать больше, неудовлетворенность из-за каких-то мелочей...
28.11.53 г. ...Сегодня получил долгожданное письмо от тебя. Чего я только не подумал. Аж писать неудобно. Что ты меня уже не любишь, что жалеешь о своей ошибке, не знаешь, что делать и т., вообщем, все что мог придумать мой воспаленный мозг, прокисший в 4-х стенах каюты. ...ожидая так долго от тебя писем, чувствую, что глупею и тупею а, учитывая, что большой остроты в моих мозгах нет, то ты должна представить себе что я из себя представляю, беря твое письмо в руки. Готов ко всему! А читая твое письмо становится ясно, какой я дикий.
     Верунчик, что мне делать? Ведь можно и заболеть? Помогает холодная вода. И вечером и утром, т.б. что у меня персональный душ.
     ...Я в жизни, кроме тебя, больше никого знать не хочу, мне нужна ты, твои мысли, письма, дух. Вообще, все!
     Почта нас страшно подводит. Задержка от недели до двух. И это авиапочта! Да, ты на недельку-две задерживаешься. Тут мне и остается медленно и верно “выходить из меридиана” душевно-трогательных отношений. На случайную связь душу свою я не стал бы класть. Я, конечно, Верочка, со странностями, собственно, как и большинство людей. Просто у каждого человека - свое! Мне нужна чистота отношений, внимания, верность... Я ревнив, черт побери! Не ревнует только животное. Хотя как сказать! В стаде самец устраивает драки с другими “желающими”. Все борются за жизнь, за семью, за потомство.
     У нас - людей - еще есть разум, если он есть. Один трезво оценивает обстановку и делает вывод, что жене он не может помешать жить и своей жизнью. А обстановка связывает - вот и получается “неревнивец” внешне, но у которого на сердце скребут кошки. И взять второго. Он тоже оценил обстановку, но не может, не хочет сдерживать себя... Короче - оба знают, оба ревнуют, но внешне выражают свое отношение по-разному. Варианты этих ситуаций бесчисленны. И бесконечно тупа женщина, которая любит мужа, но всерьез говорит и думает, что ей все равно, где он был вчера. Если ей все равно - тогда другое дело! Может быть, она и сама “шустрит” лучше мужа. Правильно говорят: ревность - тень любви! Ревность это - законное беспокойство о любимой... Но на все нужна трезвая оценка обстановки. Дурь человеческая - безмерна!
     Я укрепляю твою мысль о ребенке. Только ты должна принимать решения. Оно последнее, окончательное и с моей стороны каким-либо “поворотам” не подлежит...
     8.12.53 г. ...Вот уж удружила! Получил сразу два письма! Посмотрел на почтовые штемпели - злодеи! Одно из них шло как раз 2 недели! Матросы, видя как я воспринимаю письма от тебя, тоже не безучастны. Когда письма бегут ко мне с радостными физиономиями.
     - Тов. командир, Вам письмо из Ленинграда. И улыбаются.
     Ты бы знала, как сейчас я рад. У тебя возникают сомнения. Да, никаких сомнений! Жить мы будем только хорошо. Неужели ты не чувствуешь, что за одну твою душу я способен на все. Верочка, ты моя милая, только хорошо! А загадывать уже поздно. В голову “наплывает” что-то “за жизнь”, за ее суть... берусь за дневник... хочу писать и писать...
     ...Хожу на каток ежедневно после обеда и через день по вечерам, это - моя единственная услада в жизни, в этом неприятном и чужом для меня городе... Но Владивосток очень красив, очень! Особенно с моря, с окружающих его сопок... Он очень своеобразен. И это своеобразие ему придает география его. Справа - если смотреть со стороны Орлиного гнезда - Амурский залив, левее – полуостров Эгершельд, а внизу, под ногами город ниспадающий своими домами в бухту Золотой Рог с бесчисленными большими и малыми кораблями, кранами, доками. Далее, за бухтой - дома ярусами, лезущими по сопочкам. И все это в ярком разноцветье. А за ними опять темно-синяя полоса пролива Босфор Восточный, а еще дальше - остров Русский. А ты на высоте более 250 метров над уровнем океана. Ощущение такое, что ты можешь летать! Темными вечерами - зарево огней города, раскиданное веерами улиц завораживает. Да, если бы не проклятые туманы, плотные как молоко, если бы не дожди, моросящие неделями, если бы не сырость, неискоренимая с апреля по июль в квартирах!.. А так - широта 42оС.Ш. - Неаполь, Батуми. Не случайно в лесу растет виноград!..
     ...Верочка, интересует ли тебя то, что есть в магазинах? Я в них не ходок, но, говорят, кое-что есть. Мясо хорошее - 30 р.кг. Масло тоже бывает. Картошка - 3 р. кг! Есть куриные яйца - 15 р. за десяток. Ну, разумеется, есть хлеб! Да, а икра красная - 41 р. за кг. Полки дальневосточной рыбой завалены...
     ...В отношении Саши - твоего знакомого. Мне трудно судить о нем... У тебя просто голубиное сердце... тебе его жалко... ты считаешь себя чем-то ему обязанной... отказать во внимании к нему не можешь... что тут ничего особенного во встречах нет. Конечно, ему обидно, что ты выбрала другого. Ну, а что дальше? Я-то считаю, что он, в этой конкретной ситуации особенно лишний. Я - твой муж, милая моя! О чем тут можно говорить? Сделай вывод и береги свои нервы.
     ...На радостях, что получил от тебя вести, проскакала вся неделя! Хотя я и чувствую каждую минуту, что тебя нет, - за что бы не хватился, куда бы не бросил взгляд - но время все же летит. Почти 2 месяца, как мы расстались!
     Скоро Новый год! Но мне будет не до компаний. Совесть не позволяет ни пить, ни веселиться. Чего я буду веселиться, если нет тебя. Да мне и не привыкать. 1952 г. я встретил в море. 1953 г. - на корабле в раздумьях! Значит, и 1954 встретим чаем с матросами. Уж такая жизнь. Жизнь мечтаний, ожиданий, надежд, тревог. И погода под настроение. Бури! Снег, ветер 8-9 баллов, это - сильный, очень сильный ветер. На море - шторм! И все относительно. Пурга-пургой. Но мы то стоим у стенки! Лед, швартовы, якоря! Для простого смертного - пурга! А я как подумаю, что творится на море, а мы на 31 причале, в центре Владивостока, то что такое эта пурга?! Детский лепет! Хорошая у меня профессия. Я могу сравнивать: что-чего в жизни стоит.
     ...Положение на квартирном “фронте” ужасное. Но, думаю, разберемся и с этим делом. Главное, у меня укрепилась мысль - я в марте в отпуске. С тобой! Мы опять пойдем по Невскому, набережным... У тебя будут занятия... Я тебя буду ждать. Да, день пропадать в городе, музеях, а к 16.00 к тебе!.. Да, эти дни - годовщина, как мы встретились! Один год, а какие колоссальные сдвиги в отношениях! Милое создание, самое дорогое на свете! Ну, ты сама посуди. К кому, как не к тебе мне обращаться в минуты раздумий, трудностей, радостей? Да, я обязан к тебе, ведь ты тень, моя вторая половина. Верочка, так ли ты думаешь?.. Доносится музыка откуда-то из Индонезии... Ложусь спать.
     ...Мне стало казаться, что я стал тебе писать глупости, надоедать мелочами... Ты у меня умная, нежная, хорошая. Голуба моя, стоит ли задумываться строить предположения, тем более плохие? Душою будем желать, чтобы у нас было все хорошо. Что мне тебе писать о своих волнениях? Самое главное останься твердой ты. Ибо если ты “покачнешься”, то покачнется все мое воззрение на жизнь. Я потеряю последнее представление и перестану понимать, что такое долг, честь, совесть, мораль. Если, Верочка, эти понятия можно возложить в одного человека, то для меня это - ТЫ!
     Мне уже 25 лет и я прочитал немало книг, имею массу впечатлений от живых людей и пока еще не растерял представление о важнейших человеческих началах - морально-нравственных устоях. В этой жизни тяжело стоять. Но на этих устоях держится практически жизнь. Или не задавать себе вопроса: кто ты? Ты - один из столпов моей жизни. Если пошутить, то вроде Александрийского!..
     На твой вопрос отвечаю: пластинки надоели. Я не артист, чтобы “молотить” одно и тоже, изо дня в день. Знаю все вздохи Тамары Кравцовой, не говоря о мотивах и словах...
     А каюта - нет. Это - мой дом! Моя кровать. Мой письменный стол с сейфом. Классным, американским, с шифром. В столе мои записки... деньги...
     Твой совет сходить в дом офицеров и развлечься принять не могу. Не будет мне там веселее. Там танцуют, пьянствуют, развратничают и весело живут дешевой жизнью... Не моя это дорога. Я даже свою улыбку берегу для тебя, а тут “плясать”
?      Каток продолжается! Каток для меня - серьезнейшая опора во всех отношениях...Ты мне стала часто сниться!
     ...Приехал из Ленинграда Женя - мой сосед по бригаде. Командир Б4-IV - радиотехник, лейтенант. Кроме всего прочего, говорит, познакомился с хорошенькой, чудной души... девушкой. Он без ума. Жить без нее не сможет... Я про себя чуть-чуть усмехаюсь - идет следом за мной! Каждый из нас считает, что он переживает значительно больше, чем другие. Что так переживать может только он, один... Я, оказывается, очень сильно на него повлиял. Смотрит на меня, как на Бога. Лучший друг я у него! А вот так на меня смотреть не надо! Не хорошо. Не люблю. Но, Верочка, что сделаешь если сейчас мою душу можешь успокоить только ты. С другими, кто бы это не был, мой мозг “работать” не хочет, душа мертва. Приходиться держаться на внешней любезности... И не советник я ему! Но за портвейном он сбегал - на мои деньги, ибо после самолета у него остался один рубль! - и мы в каюте самым секретным образом “треснули”. Повспоминали все и вся. И помечтали...
     Вчера был в кино! Посмотрел “Свадьбу с приданным”. Много кадров смешных. Только много и глупых размолвок: планы, пуды, гектары, соревнования... Вот это уже надоело до остервенения. Все остальное - превосходно. Съемка, цвета, музыка, игра. “Первый парень” - хорош! Элемент юмора не наигран. Смех самый естественный.
     Ты писала про “Вассу Железнову”. очень замечательно все. Но это вещь серьезнейшая.
     Готовимся к соревнования по конькам. Мне уже приходиться быть тренером...
     ...Тяжело, со вздохом тебе пишу: до встречи в марте! Но перед начальством еще не “заикался” об этом. Думаю “убить” их стремительной атакой...”
     22.12.53 г. ...Так и знал. Сначала я обижался, теперь ты! Сдвинь события на полмесяца назад. Я смотрю на свой график получения, отправления, написания твоих и своих писем и становится ясно, что виновата... Почта, чтоб ее черти помяли!
     Сколько волнений, тревог, дум, когда письма нет! И сколько радости, когда они на столе! Не ругаться, не сердиться, выдумывать ничего не надо. Вот так то! Мне глупо тебе писать, что не волнуйся, что все в порядке и т.п. Ибо ты сама успокаивала меня неделю, две недели назад. Голуба моя, не обижайся! Я все тот же
.      ...Вчера на катке нахватался через край холодного воздуха. Простыл. Ангина. Впервые в жизни такая глупая болезнь. Глотаю, кажется, стрептоцид. Больно глотать. Глотка вспухла... Подвел азарт, задор, который возникает при мыслях о тебе. Не говорю, как тяжело без тебя.
     Месяц назад я наивно думал, что через месяц-то будет мне легче. Не тут то и было! Но сознание того, что мы честны друг перед другом, придают мне такую твердость в жизни. Я даже не ожидал от себя такого. Почти рахметовщина! Кое-кто пытался мне что-то доказать в этом отношении. Ты бы знала, как они были разбиты... Я ему в два счета доказал, что он подлец и у него низкая, убогая, серая жизнь. В таких спорах лучше со мной не связываться: Морально загрызу! Я - человек горячий, и за идею могу хорошо постоять.
     Верочка, Верочка, нам осталось только жить и жить! Арабы говорят так: первое счастье - здоровье, а второе - жена!
     ...Больше в жизни надежд. Я лично этим и живу.
     ...Прежде чем начать “мыслю” - вздохнул. “Мысль” одна. Верочка, ты совершенно права, что пишешь о “скоротечности” двух месяцев. Мне, кажется, что не видел тебя вечность, что ты где-то далеко-далеко, а, с другой стороны - все это было, как вчера... Не тревожь меня тем, что вы можете учебу окончить в марте. Это был бы дар неба... А говорить о том, что молодую жену оставил в Ленинграде почти на год - эти мерзавцы, бригадные офицеры, засмеют. Дураком будешь выглядеть у этих шалопаев. Как будто я глупее их. Это мои идейные противники. Мне смешно. Куда они денутся? Как они будут решать свои семейные проблемы, смехом?
     ...Разлука наша, наша боль. Ноет внутри все. Если по совести, то какая-то тупость во всем. И, прежде всего, в движениях мысли. Заторможенность мозга! Ясно, что такие расставания вредны. “Изворачиваешься” мозгами на предмет: “что делать”? Печально, - степень отупения - в город не тянет! Театр драматический в 200 метрах от пирса! Не могу собраться. Если, честно, то боюсь “сглаза”. Без тебя движения у меня нет. И вряд ли будет. Докатились до того, что с Женей договорились провести Новый год у меня в... каюте! Сам себя не могу “расколоть” на подвиги! Знаю, что поступаю не особенно серьезно, но я имею основания так поступать и... свою волю.
     С другой стороны, дорогая Верочка, ты и не представляешь себе как я скис. Кровь особо течет по жилам. Какая тут “пятисотка” на коньках, где нужен огонь духа!..
     29.12.53 г. ...Пишу сейчас в минуты тяжелой думы-думушки. Под угрозой срыва мой мартовский отпуск! Мой шеф, когда пошел разговор об отпусках, мрачновато посмотрел на меня и изрек:
     - Рановато, только что из отпуска...
     Ну, злодей! Если меня не отпустят в отпуск - я не работник!
     Понимаешь, Верочка, у меня расчет простой. Получить добро на февраль, задержаться до 15 на спартакиаде, а где 15, там и 20 дней. Значит, в марте бы был! Если бы я получил “добро” на отпуск, - у меня выросли бы крылья. Я бы “сработал” за двоих. У меня же очень много энергии. А так - все валится из рук.
     Самые тяжелые дни для меня, это - праздники и воскресенья. Идти некуда и не зачем. Ужас. Сейчас спасаюсь книгами. И катком. Но ведь все это ерунда, по сравнению с той полнокровной жизнью, если бы мы были вместе...
     ...Вчера зашел в дом офицеров. Все та же гнусная обстановка. Но видел приятелей с женами. Удивился. Нашли место для отдыха! Зашел разговор о ресторанах. Раз в году можно, чтобы убедиться - есть пустые места! Это можно! В Владивостоке они не поставлены “на место”. Халдеи в грязной одежде. Подают плохо. Больше норовят обобрать, чем накормить или подать пищу с мало-мальски любезной физиономией. Хамье. Привыкли к морякам торгфлота, краболовам, рыбакам. Те приходят - надо срочно пропить, что заработали за 2-3 месяца дикой работы. Тут не до взаимной галантности... Короче, один заметил, что я - “философ”... Печаль великая в сердце. Как все же я слаб духом!
     ...Хотел было с грустью написать, что телеграмма твоя не успела дойти до меня. Сидел переживал. Ан, нет! Оказывается, служба моя посмела ее задержать. Хотели вручить в 24.00! Ну, чистые злодеи! Хотели порадовать! Но моя радость в другом: я, наверное, поеду таки в отпуск в марте! Мой шеф был сегодня чрезвычайно добр - ему вручили орден “Красного Знамени”! И он сам начал “распространяться” о моем отпуске. Я, конечно, был рад дать ему второй орден за это! Вот они перепады нашей жизни! Вчера едва живой, а сегодня в полете! Я себя не могу представить в лучах Ленинградского, мартовского солнца! Хотя, нет! Отлично себе представляю. Я, ты, Ленинград! Опять дворцы, набережные... Мы!
     В 24 поднимаем “бокалы” - стопочки - за нашу жизнь, за тех, кто в море, за тебя, милая моя! Чего греха таить - ты стала дороже всех людей на свете. О тебе первой помню всегда! Ты - мое настоящее и будущее...
     Так прошел второй год моей службы на ТОФе.
     Начало года не принесло ничего нового. Корабль как стоял во льдах у 31 причала, так и остался до весны. Никаких “ценных” указаний от начальства не было. Вообще, с переходом в бригаду учебных кораблей обстановка изменилась в лучшую сторону - нас перестали “гонять”. Зимой - стоять! Летом - обеспечивать практику курсантов.
     Семейная жизнь, если ее так можно назвать, шла своим тяжким, тернистым путем. Я - тут; она - в Ленинграде. Институт - не шутка, его надо окончить во чтобы то ни стало. И опять “поехали” письма. Несмотря на интенсивность переписки, ожесточенность - да, нет, да, нет... - спала. Верочка стала женой. Я считал, что одержал великую победу. И заложил основу для создания семьи. Жена - опора, основание, счастье жизни, если ты не ошибся в своем выборе. И, наоборот - горе и слезы, если обманулся в своих мечтаниях, в своем, самом главном решении своей жизни.
     О чем же я писал своей жене в эти дни? В этот новогодний вечер. В январе-феврале 1954 г.?
     01.01.54 г. На корабле гремит музыка: крутятся пластинки с любимыми мелодиями. Все дышит тобой и Ленинградом... Ты знаешь, как приятно доставить радость людям. Матросы могли просто проспать все... Как уже писал про отпуск - дело обстоит значительно лучше, чем предполагал... Сейчас с души спала боль, стало веселее во много раз, все кажется простым, хорошим... Правда, похудел страшно. На ногах одни жилы... Половина команды тоже конькобежцы - накупили коньков и ходят со мной на каток. Отучил людей пить и курить. Вот что значит личный пример... Да, мы в “Подготин” и “Фрунзе” росли с благородными идеями во всем и вся...
     ...Жизнь на самом деле значительно труднее, иначе, глупее. Временами находят мысли, что лучше всего уехать куда-нибудь в глушь Руси Великой и жить так, как жили предки далекие, заниматься трудом... Как было бы хорошо не рваться, не торопиться, быть без больших запросов в жизни... Правда, мысли эти глупые, но что сделаешь, если эти глупости лезут в голову... Встаю, хожу, засыпаю с мыслями о тебе... далекая, верная жена...

     Делюсь с тобой и набираюсь силы.
     Твоим дыханием и судьбой.
     И, напрягаю собственные жилы,
     Которые уже измотаны борьбой.

          Мне не страшны все выверты погоды.
          Я не сгораю в искрометном огне.
          Но знаю: начнутся невзгоды
          Когда погаснет огонек в твоем окне…

     ...Люблю тебя, понимаю тебя, немного знаю тебя. Серьезно про мое неверие говорить нельзя... Ты стоишь моих понятий о чести и совести. Как же я могу не верить тебе. Кончится вера в тебя - кончится и моя человеческая жизнь... Ты мне стала сниться часто... Вчера, например, приснилась... Верочка, ты мне дважды написала “Вы”. О, ужас! Чем это я заслужил? Голуба, не надо так - ты меня пугаешь... От этого “Вы” несет какой-то отчужденностью... ты пишешь о плохих людях..? Верочка, дорогая моя, плохого в жизни, конечно много, но я безусловно уверен что хорошего в людях значительно больше. Но яркие примеры подлости, глупости и т.п., которые встречаются в жизни согласен, отправляют сознания. Становится страшно за свою жизнь. Ведь ее одним махом можно исковеркать так, что потом никогда не исправишь. Конечно, это отдает мещанством. Этакая боязнь за свою личную жизнь. Но что сделаешь? - человек слаб духом. Ну, а я, кроме всего прочего, серьезно думаю и о личной жизни. Я страшно боюсь оставить тебя, мою родную, милую жену несчастной. Не могу себе представить твои широкого раскрытые глаза от несчастья виновником которого был бы я. Это для меня - самое страшное. Каждый человек должен стремиться к счастью и надеяться обрести его. Борьба за счастье в жизни как на войне - за жизнь, за победу. Из любых положений - жизненных - надо искать выход... Я хочу всеми силами души, чтобы ты была счастливой... но, наверное, будут и тяжелые минуты... Не возмущаться. Все, что ты имеешь в душе хорошего пригодится для нас... Да, для нас...
     А я пишу…

     Ты вся в моих стихах и откровениях,
     И тайники тебе я отдаю души,
     Не раз еще мое услышишь пение,
     Пока я чувствую тепло твоей руки.

          Пока я вижу радость взора
          И легкого румянца красоту
          Пока не слышу глупого укора,
          В душевной неге я лежу.

     Ты, женщина, ласкаешь зримо,
     А я как будто бы роднюсь с Землей,
     С природой-матушкой. Незримо
     Я становлюсь немножечко тобой…

     ...Единственная радость - каток. Но его скоро брошу. Устал.
В будущем году буду только “проветриваться”. Мне радость - Женя. Ей-богу, Верочка, он парень добрый, сентиментальный, страдающий... В последнее время единство взглядов на жизнь нас сблизило. Скучаем вместе. Он по своей драгоценнейшей, несравнейшей, прелестнейшей... Гале! Как любовь слепа. Хорошо, что я немного старше. А так -два сапога! Пара! Устраиваем часто чаи. Идти никуда не охота. Сидим в кают-компании вдвоем - своих офицеров я отпускаю на берег. Немного по интендантской части я побеспокоюсь и... прекрасно. Повспоминаем, помечтаем, послушаем музыку - у него пластинок - тьма! Более 300!.. Как хотел бы я видеть твое довольное лицо. Лицо с радостью в глазах, улыбке... Верочка, дорогуля, прошу не полнеть, не худеть. Не буду в претензии, если будешь ходить в красной шапочке... А мне тут иной раз кажется: уж не болен ли я каким-нибудь туберкулезом... И на коньках “подъема” нет. Нет сил и... точка! Я не могу умереть где-то там, на Востоке... Это невероятно, что меня не будет, а красота вся ленинградская так и останется стоять...
     ...Ты пишешь о матери. Верочка, давай дружно об этих вопросах не волноваться. Забыть мать - грех великий, особенно оставить ее беспомощной. А то, что я думаю не так, как моя мать, то это естественно. Нам со своими мамочками говорить о нашей личной жизни ни к чему. Они слишком стары, чтобы отвечать на наши вопросы, они другого, старого покроя люди. Это кратко, грубо, но факт. Я со своей матерью уже лет десять как о своих личных устремлениях не говорю. Она не знает моих дум, дел, а знает, что я жив, здоров... Плохо это. Плох я. Но из обстоятельств, из себя не выпрыгнешь. Единственное на что меня хватит, это - позаботиться о ней, отце, чтобы они меньше волновались, жили спокойно... Но в личную жизнь - не пущу! Классика! Отцы и дети! Глупо, дико, нелепо, но факт. Серы мы. Я.
     ...Ты зря строишь предположения из “невольно вспоминавшихся характеристик”. Надо уважать себя, знать себя, знать, как говорится “цену себе”. Мало ли какой дурак может что-то сказать про меня. Я сам весьма критически оцениваю, что приблизительно знаю, на что я способен... Если он меня уважать не хочет, то я его и знать не хочу... будь умницей и не вспоминай моих глупостей...
     ...Верочка, пишу муть, а самое главное... был у шефа-командира бригады. Да, он очень просто сказал, что после спартакиады я могу спокойно подать рапорт на отпуск. Я снова смогу увидеть, прижать, обнять, расцеловать тебя. О, боже! Март 1954 г. для нас будет не так уж и плох!
     03.02.54 г. ...Последние 20 дней до отпуска! На “отпускной лад” давно перестроился! Уже! Уже! Чемоданчик собран! Соревнования прошли. Условия бега были для всех равные и ужасные. Ветер до 6 баллов, песок, солнце. Лед черный от пыли. Кто-то пришел на каток с велосипедом... Моя команда выступила отлично. По своей группе она обогнала “всех и вся”.
     ...Отвечаю на твой вопрос о боязни вступления в должность врача-лекаря человека. Не бойся! Можно волноваться. Но идти вперед надо смелее... Если мне память не изменяет выпуск из училища мы сравнивали с вторым рождением в жизни. Представляешь себе 22-летнего человека, который уже отлично понимает, что жизнь на белом свете прекрасна! Что все впереди - твое! И работа, и любовь, и материальная независимость... Мы знали характер своей работы. Она не простая, временами связана с трудностями - вот как и сейчас: худо мне, но не выпрыгнуть! На деле все оказалось проще, жестче, грубее. Никому до нас дела не было. Сами походили, побегали и все улеглось. Романтику флота - если у нас и была - жизнь быстро потрепала, повыветрила, оставив жалкие кусочки. Люди начали смотреть практичнее, мыслить - трезвее. У Вас, дорогая моя, все будет точно так же! Романтика слетит и останется труд. А здесь то и лежит клад. Кто-то его найдет, а кто-то всю жизнь будет “ковыряться”, возможно, калеча людей и проклинать тот день, когда решил стать врачом. Таких врачей - тьма. Один белый халат и шапочка. Внутри - серость и равнодушие к больному... Однако, у меня плохое настроение. Почему? От твоих примеров, крайне плохих? И у меня они перед глазами. Ну, ты представь: он в Порт-Артуре, она - здесь. Поженились два месяца назад. 19 лет. Молодая “учителка”, танцует невинно, но, когда муж в море, нагло обманывает. Она, дура, не понимает, что ее знают все офицеры, что ее кавалера на ночь знают тоже все - мне он тоже знаком! И ее мужа знают! Круг замкнулся. Достаточно одних танцулек, чтобы она села в лужу надолго и прочно.
     Верочка, дорогая моя, в такие минуты у меня ходит кровь старого танцора. Мне только в руки дай нож! Не пожалел бы 8 лет своей жизни. Такими подлыми быть нельзя! Дал слово - держи! Иначе ты - трепло, дрянь!
     Дорогушечка, никогда не верь, что все мужья одинаковы. Я никогда не поверю, что все жены одинаковы. Понимаешь, потерять веру в человека, это - потерять почти все. Начинать сначала чудовищно тяжело. Особенно, если задеть тонкие, душевные струны... И нити оборваны.
     06.02.54 г. ...Считаю дни, когда смогу обнять тебя... Заметил, что настроение зависит и от таких факторов, как погода и занятость. Хорошая погода повышает тонус, хотя это для слабых. Значит, я слабый! А занятость - разгоняет сумбур в мысли. Вчера, например, была отличная погода. Я со своей командой был на катке. Все было к месту: и отпуск, и погода... И я своих “подопечных” загонял. Застонали. Я забегался тоже. Но на носу спартакиада флота... Читаю Бальзака... съехал на Драйзера... Хожу по улицам Владивостока, гляжу на сотни освещенных квартир и думаю: где же наше пристанище?..
     Еще о плохих примерах.
     Ты, Верочка, пишешь, что помнишь, когда я выгляжу злодеем и грубияном по отношению к тебе. Тоже плохо! “Убавить” памяти надо. В душе надо оставить только то, что действительно стоит того, чтобы об этом помнить...
     ...В каюте жара. Чернила расплываются. Послал за тортом. Приходит в гости Женя. Кстати, у него начали появляется сомнения относительно предмета своей любви. Наконец-то! Письмами она его “задолбала”.
     ...Задержался с письмом на 3 дня. Было первенство флота. По совести говоря, большой успех у меня. Лично у меня второе место по ТОФ! Прошлогоднего призера я обогнал. Но впереди был один “патентованный” мастер спорта...
     21 февраля я увидел жену, Ленинград. Начался отпуск. Отпуск для морского офицера - время сказочное. Несмотря на то, что я простоял во льду всю зиму и не “нюхал” зимнего, штормового Японского моря, я “наелся” одиночества. Да, когда в груди ноет и сосет что-то неясное, необъяснимое человеческим сознаниям. Казалось бы, чего стонать и страдать? Сыт, обут, одет, в каюте тепло, есть возможность сходить в кино и театр, полетать и почитать... Какая-то дурь владеет человеком! Оказывается природой отмерено, забито быть в паре! Смех, грех, трагедия и Великое свершение Природы!
     В записках тех времен мало вразумительные заметки: Кафе “Уют”, сон, “Уют”, “Норд”, баня, “Уют” и т.п. Кафе “Уют” - действительно уютная забегаловочка на углу Литейного пр и Артиллерийского переулка. Да, сиживали частенько. Пили хорошие марочные вина. Интерьер с полусветом. Хорошая легкая закусочка. Хорошо!
     Сон? Как будто спали весь день? Да, бывало! Спали до 12 дня, до часу! Во, как жили! С вечера не могли заснуть. Да, я был молодой и сильный...
     Однако, без Русского музея, Петропавловской крепости, Эрмитажа, Этнографического музея, музкомедии, Мариинки... не обошлось. Были. Наслаждались.
     И так пролетели все дни отдыха. С отличным настроением и с “возом” желаний. Время идет “туго”, когда тебя треплют обстоятельства. Время летит, когда ты смотришь на мир и ощущаешь величайшую радость бытия, когда тебе все ясно, понятно, когда в руках у тебя любимая женщина - твое настоящее и твое будущее. Когда ты ощущаешь ее молодое, красивое, нежное тело, когда ты смотришь в ее прекрасные глаза за одну ее улыбку готов снова штормовать в море, стоять на мостике в лютый холод, карабкаться по скалам с риском сорваться, но... Чтобы она видела, какой ты сильный и бесстрашный...

     Ты подарила мне божественные сны,
     Видения юности конечной,
     Я в сочной завязи листвы
     Увидел мира бесконечность…

     Такую душу, видимо, дал мне Всевышний. Сентиментально - глупую. Но, что делать?
     И опять застучали колеса. Из Новосибирска, 29 марта 54 г. пишу: ...Чувствую себя прескверно. Ем очень плохо. Все представляю себе - тебя! Да, расставание - грустная штука. Как будто что-то обламывается! Половина! Да, ты - моя хорошая половина, отломилась...
     ...Я опять у себя в каюте. Сразу же сваливается “все и вся”. В среду уже уходим в море. Оглядываться некогда. Такова жизнь... В моей душе прибавилось немного тихой радости, - ты у меня такая хорошая, мне нечего оглядываться, тебе можно довериться. Я верю! Моя душа - у тебя. Я “привязчивый”. Она сейчас горит теплым и светлым огнем радости. Ты для меня - лучше всех. Это и прибавляет мне силы...
     Дни твоих экзаменов отметил на календаре. Буду ждать твоих успехов.
     Кстати, вопрос квартиры, кажется, решен в нашу пользу. Хлеб и крыша - первое, что надо в жизни. Бесквартирных офицеров - тьма! В мире царят железные законы сильных и способных. Нам просто с тобой повезло. Если офицер уходит с корабля, то квартира остается за... кораблем! А я - командир! И не на плохом счету!
     09.04.54 г. ...Сегодня целый день работал, как каторжный. Честное слово, пришлось трудно. С утра швартовки, перешвартовки, сильный ветер, холодно, машины-дизеля - работают, но “тянут” плохо. Как ни удивительно, но мне это нравится! Это жизнь. И настроение хорошее. В трудностях - свои прелести. Завтра, к вечеру надо возвратиться во Владивосток. Я опущу это письмо и оно понесет к тебе на крыльях Аэрофлота в конечном счете, все же печаль. Печаль разлуки... Ты, Верочка боялась “привычки”. Дескать, перейдет любовь в привычку, тогда - “все”! А я тебе скажу, что я к тебе уж если еще не привык, то обязательно привыкну. Привыкну так, что вряд ли отвыкну. Ну, а если и ты так ко мне привыкнешь, то из нас получится отличная пара... Великая нужда есть у меня к общению с тобой... Ты для меня - моряка, как маяк, ты должна мне светить в жизни нежным и ровным светом. Не надо вспышек!
     Уже было лег спать, но принесли почту. И от тебя письмецо. Ласковое, хорошее такое. Я размечтался опять. Сон, конечно, не приснился, т.к. в каюте холодно. Стоим на рейде. Ветер. Не помогают 2 одеяла и меховой реглан. Вставать утром - тихий ужас! Сны ведь от тепла и дури.
     ...Ты пишешь, что у меня будет мало времени, для грустных дум. Милая моя женушка, как это ни печально, но грустные думы всегда находят себе время! О них заботиться не надо...
     Верунчик, не спорь с дураками. Что зря портить нервы. если бы я со всеми спорил, то мое место было бы, наверное, в могиле. Спорить можно с умным. Но нельзя расстраиваться. Время решает все споры.
     19.04.54 г. ...Ответа от тебя нет! Правда, 4-й день плохая для самолетов погода. И во Владивостоке тоже. Промозглость во всем. Все киснет. Из гнилого угла постоянно тянет туман. Плотный, белыми клочьями. И днем и ночью.
     Вчера все же сходил в дом офицеров - наш вертеп. Посмотрел, поболтал с приятелем - не может жениться! - о смысле жизни. Но в 22 часа ушел. Начал зевать. Голубь, я жду тебя!
     В голове у меня сидит любопытное сравнение. Жизнь - эксперимент, какой-то идеи, мысли. Ты уловила мою идею? Это - быть честным. Многим этого не хватает. А я не хочу стоять с ними на одной доске, хочу быть выше. Обиднее всего будет, если она - доска моя - подточенная червями Среды нашей, рухнет. Это не сравнить с тем, что тебя ограбили на дороге и отняли кошелек с деньгами. Нет! Это ограбят душу! И это за год-два не восстановишь. Надо будет начинать жизнь сначала.

     Слышу ласковый звук свирели,
     Ты жизни моей звезда?
     Что светила мне в колыбели
     Да, светила. Но еще не взошла…

     ...Конечно, ты молодец у меня. Письма у тебя отменные, обстоятельные, толковые. Убеждать, что надо быть к жене внимательным, нежным, предупредительным... если хочешь к себе того же. Точно, ты права! Но я не могу быть внимательным, меня учить надо! Поправлять иногда. Я понятливый, но забывчив, до глупостей. Я вежлив, это - ты сама мне говорила. Но… Учиться жить вместе надо.
     ...Малость устал. Почти 12 часов простоял на мостике. И замерз и головка побаливает. Многие матросы впервые в море. Травили до нельзя, хотя не бог весть какая и качка была. Баллов 6.      По твоим вопросам. О зазнайстве. Веруся, мое дело предупредить, пока за собой этого не замечал. Кто лучше? Верочка, не серьезно ставишь вопрос. Можешь ли ты подумать, что “кто-то” для меня лучше, дороже, чем ты?
     Помнишь, мы толковали о мамах своих. О том, что время идет, о том, что молодое племя растет, требует дороги и свободы... Матери я отдам то, что ей положено... Ты все еще не поняла меня. Ведь я же ставлю тебя чуть-чуть... выше матери! Хотя сравнивать нечего - вы совершенно разные люди во всех отношениях. Нельзя вас сравнивать! Но нам принадлежит будущее... У меня на тебя большие надежды. Ты должна быть верной, терпеливой к трудностям, нежной и любимой женой, опорой в моей жизни. А если мы ошиблись? Это уже второй вопрос! Людям свойственно ошибаться...
     01.05.54 г. ...Да, сегодня 1 мая. Позабыл, когда сидел за праздничным столом в этот день. За хорошим, добрым семейным столом. Все так, кое-как, все ерунда. Это не праздник, а дурной сон. Не могу сбросить с себя оцепенение. Не могу побороть в себе личные переживания. Я - одиночка. К семейным не приехал, от холостяков - ушел! Единственная радость... матросы. Ха, Ха! Зато не было пьяных! Убеждаюсь, что воспитательная работа требует очень многого от человека, если за эту работу браться серьезно. Надо иметь призвания, любить людей… в их характерах и поступках...
     ...Да, везде праздники, компании и по совести говоря, неплохо бы “забыться” в честном кругу, но... я знаю, что может кончиться плохо. Мало ли что может сделать пьяненький человечек? Хотя бы и я? Я, Верочка, моя милая и дорогая женуля, боялся! Представь себе - боялся! Пьяная компания - есть пьяная. Уж лучше еще один праздник долой со счетов, но зато как свободно с совестью!..
     ...Я в последнее время опять занялся “философией” жизни, точнее, ее смыслом. Каждый человек должен надеяться на любовь. И попробуй у него отнять эту надежду. И, в то же время как много остается в стороне от этих светлых, порой очень трудных переживаний? Но еще труднее без... них!
     ...Ты пишешь об “увлечениях”. Верочка, милая, не надо! Мне дорога своя честь, совесть... Я не заслужил даже минутной твоей неуверенности. Более того, мне кажется, что я убил бы того, кто попробовал бы опорочить меня в твоих глазах. Да, да, именно, в твоих. Как это так? Мне и не доверять!
     ...Радость! Получил ордер на комнату. свою! Осталось ее занять. А у нас выходы в море участились - некогда даже посмотреть, а т.б. занять. Но перекреститься можно! Есть плохая, но крыша над головой...
     ...Новость! Приехала жена Жени. Общий вывод нашей братии: стоило такую б... везти из Ленинграда... Аминь!
     ...Сегодня у тебя уже 4 экзамен. Отлично. Не огорчайся, если ставят три балла. Для врача нужнее, прежде всего, душа. Хорошая, человеколюбивая... А знания придут со временем... Можно иметь пятерки по экзаменам, по жизни быть коновалом, а не лекарем с большой буквы.
     ...Сейчас много думаю о тебе. Ведь ты же вот-вот должна освободиться от этих экзаменов. Кстати, времени на часах у меня 19.30; у вас, значит - 12.30. Может быть ты в этот момент стоишь у доски и держишь ответ? Вот, именно в этот момент! И это, несмотря на 10 тыс.км. А может быть едешь в трамвае, сидишь дома и пьешь чай. Ей-ей, очень интересно. В свободные минуты лежу, мечтаю, вспоминаю. Верунчик, ведь мы же в отпуске ругались с тобой часто. День редко проходил, чтобы чего-нибудь не произошло, за что мы бы не зацепились. То опаздываем, то мое мнение тебе “не в жилу”. ...Мне, кажется, мы молоды, неопытны, не умеем ценить по настоящему нежность, уважение... А шумим просто так, по глупости, из-за своей невоспитанности. Потом - мне смешно - ты за неделю до моего отъезда начала тихонечко всхлипывать, плакать. Вот уж по-русски, по-крестьянски... Так из века в век провожали русские бабы своих мужей, сыновей на войну...
     ...Читаю Золя “Западня”. очень любопытная, печальная и интересная история.
     ...Планирую, что придем с моря во Владивосток на пятницу, субботу, воскресенье. Это, как раз 16, 17, 18 июля. У меня будет шанс встретить тебя, мою дорогую...
     21.06.54 г. ...Вчера пришли во Владивосток! Получил от тебя письмо. Рад безмерно. Да, тебе пора собираться в дорогу - дорогу самостоятельной жизни. Не пугай меня тем, что ты ничего не знаешь. Много сразу знать и незачем. Будешь набирать опыт медленно и верно. Да, и чего тут сложного? Квартира есть. Деньги на первый случай есть. Люди живут. И ты будешь жить. Вот с дорогой дело обстоит хуже. Билеты? Где ночевать, если... Будет ли купе? Вот это и есть “мелочи” жизни. Временами они очень болезненны. Но, что делать? Нельзя всю жизнь жить под крылом... Может быть, Верочка, я строго рассуждаю? Но я так привык. Из дома своего, в войну, ушел когда мне не было и 16 лет... Вообщем, садись на поезд и... поезжай! Хотя и верится с трудом, что будешь тут, рядом со мной, что я бегом буду бежать к тебе... В июле-августе погода будет отличной, теплой, солнечной... Жду тебя с нетерпением великим, я весь измучился...
     ...Вчера вечером меня осенило - вот дурак-то! - что тебе нужны конкретные адреса! Куда явиться. Ведь мы можем быть еще в море!.. Все казалось, что до твоего приезда ждать и ждать... Ведь это последнее мое письмо... Верится с трудом. Пишу его лихорадочно. Багажа бери минимум! Если в Москве застрянешь - зайди - не стесняйся! - по адресу... Примут любезно. На дорогу купи сгущенного молока, какао, колбас твердокопченных, масла... Ехать долго. Не сядь на Китайский поезд! Тогда - пересадка! Наша комната находится по адресу: ....! От вокзала ехать на автобусе минут 30! Но я сделаю все, чтобы встретить тебя! И, кажется, бригада, мы, возвращаемся как раз в день прихода твоего поезда. Вот так! Пишу - тороплюсь. Катер уходит во Владивосток с минуты на минуту. На лирические отступления времени нет. Но почему ты не дала телеграммы об окончании института??? Не хорошо. Забыла про меня!
     Да, не забудь дать телеграмму с дороги. Я ее должен получить минимум за 3 дня до твоего приезда. Иначе ничего сделать не смогу. Опоздаю. Между нами - море! Вчера долго не мог заснуть. Верится-то с великим трудом. Ты и здесь. Во Владивостоке! Как я жду тебя...

     Ты женщина, богиня для потомков,
     Ты – мать, живущим на земле.
     Всем существом, души обломком
     Я низко кланяюсь тебе…

     Итак, письма! Выдержки из них свидетельствуют, что это расставание не прошло “просто так”. Борьба за чистоту человеческих отношений, непорочность бытия просто не даются. За них надо платить. Кажется, я заплатил не мало.


вернуться к оглавлению далее
(C) Володин - Ю. В. Холопов, 2011 Опубликовано на Энциклопедическом портале Russika.ru